— Василиса? — отсюда было не разобрать, но кажется, Нортон состроил одну из своих самых грозных мин. — И… этот? Что он… ты привела в мой дом Драгоция?
Лисса что-то шепнула ему на ухо, но опять же было не разобрать.
— Я сам пришел. Василиса не приводила меня, — Фэш одни рывком поднялся, сохраняя удивительную твердость после их небольшого загула. — Давно хотел познакомиться с тобой, Огнев.
— Ой, я тоже давно хочу познакомиться с ним. С самого рождения, так что встань в очередь, — ЧарДольская едко усмехнулась, словно на губы попала сода, — скажи, ты вообще в курсе того, что происходит в нашей семье, папа?
Василиса поднялась на ноги. Светловолосая голова Огнева стала для нее своеобразной мишенью, до которой надо было доковылять, несильно отклонившись от прямой траектории. Дейла что-то пискнула за спиной.
— Или убейся, кто из нас, ты только тогда заметишь, что что-то не так? — лицо отца вдруг стало так близко, что Василиса икнула от страха. То есть от неожиданности, конечно, от нее. — Классный кстати подарок. Ну тот на восемндацале…тие… черт. Только сейчас заценила.
Нортон очень пристально осмотрел дочь, сохраняя полную беспристрастность. Только кончик носа у мужчины дергался, как у охотничьей собаки перед спуском.
— Тебе надо проспаться. И почистить зубы. До этого момента наш разговор будет лишен смысла, — Огнев придавил девушку взглядом. — А завтра ты объяснишь мне смысл своих слов… если что-то вспомнишь, конечно.
Василиса посмотрела на молчащую мать, как на последнего предателя. Но Лиссу таким было не взять — она продолжала старательно стряхивать снег с пальто.
— Завтра… это твое любимое время для нас — завтра.
Фэш не выдержал и подошел к ней. Василиса почувствовала его безмолвное присутствие за плечом. Стало почти что плевать на все.
— Нам надо поговорить, Огнев. И, поверь, этот разговор как никогда касается твоих интересов. И я сейчас не только про семью.
— Ты Фэшиар, верно? Тот Драгоций, что получил с рук своего дяди ЗолМех? — Нортон посмотрел на Фэша, как на подобранного с улицы мокрого щенка. Василиса поняла, что самое время вмешаться.
— Вообще-то он здорово помог нам. Правда, Дейла? — сестра невразумительно согласилась, — вот видишь, не надо его обижать. А еще у тебя классный стол. Он очень удобный, правда.
Драгоций незаметно, но чувствительно дал ей под ребро. Он каким-то чудом сумел сохранить насмешливый вид, хотя взгляд на секунду отвел.
— Отпусти их уже. Сегодня правда не время для важным разговоров, — Лисса подошла к бывшему мужу и мягко улыбнулась ему, а потом добавила уже куда жестче, — отдадим Драгоцию гостевую комнату.
— Сами ее забирайте. Вдруг еще кого-то принесет, — Василиса прищурилась, — у меня вполне хватит места. Что? Вы смеетесь? — ЧарДольская с непониманием уставилась на родителей, — да идите вы… Пойдем, Фэш.
Бровь Нортона странно дернулась, и его взгляд лезвием прошелся по Драгоцию. Но тот стряхнул его с себя, оставаясь совершенно невозмутимым.
— Как быстро растут дети, если видеть их пару раз в год. Верно, Нортон? — мило улыбнулась Лисса. — Завтра будет сложный день…
Ее лицо вмиг стало серьезным и печальным.
— Надеюсь, он не начнется с убийства этого парня, — мрачно дополнил Огнев, следя за удаляющейся Василисой и Драгоцием, — и… надеюсь, гостевая комната нам и вовсе сегодня не пригодится.
— Смеешься? Это все еще мой дом.
Лисса первой направилась в сторону хозяйской спальни, где все еще витал едва ощутимый запах ее духов.
Василиса попыталась пробраться на свое место в кромешной темноте. На ней была старая пижама с тонкорогом, а от кожи пахло сладким фруктовым гелем. Разумеется, где-то на середине пути ей под ноги попался Драгоций. Фэш, уже переодевшийся и умывшийся, неслабо так вздрогнул.
— Эй, это всего лишь я, — девушка рассмеялась, — или в доме папы тебе везде мерещатся враги? У-у-у, — она скорчила грозное лицо, хотя в такое темноте его вряд ли было видно.
Фэш выполз из своего кокона.
— Перестань прыгать у меня на животе и ползи дальше… черт, ты не такая уж и легкая, Огне… — он прикусил язык, когда Василиса мстительно задела его коленкой. — Еще и неповоротливая…
ЧарДольская, наконец, доползла до подушки и с чувством дернула на себя одеяло. Ей досталась ровно треть, что было верхом эгоизма со стороны Драгоция. Василиса поерзала, устраиваясь поудобнее. На часах было далеко за полночь — спать совсем не хотелось.
Казалось, в голове разом проснулись все мысли, каждая из которых требовала права быть услышанной и обдуманной. На потолке мерцали нарисованные звезды и планеты. У каких-то уже не хватало лучей, а другие почти стерлись, оставив только немного светящейся пыли…
— Я так рада, что они вместе.
— Кто? — сонно пробормотал Фэш.
— Мама и папа. Как думаешь? — Василиса резво обернулась к нему, — как думаешь, они любят друг друга?
Драгоций вымученно вздохнул, как будто его попросили вспомнить дату основания Астрограда.
