Спустя много часов полиция наконец разрешила ей вернуться в квартиру. Клара закрыла дверь за полицейскими, когда они мрачно вышли, нагруженные сумками и ящиками с оборудованием, и, оставшись в одиночестве, принялась оглядывать царивший вокруг хаос. Кто мог это сделать и зачем? Входная дверь в подъезд не была взломана, поэтому оставалось непонятным, как они попали в здание. И кто бы это ни был, он знал, что Клара дома не ночевала. Она посмотрела на потолок; вместо привычно пульсирующей музыки — зловещее молчание. Тишина, казалось, наполнила комнату, пробралась в каждый уголок, надавила на стены, и когда зазвонил телефон, она подпрыгнула от неожиданности и поспешила ответить, отчаянно желая услышать человеческий голос.
Это был Андерсон.
— Клара? Как вы? Констебль Мансфилд сказала мне, что они закончили обыск.
— Вам удалось поговорить с моей соседкой? — спросила она. — О которой я вам рассказывала?
Последовала пауза.
— Ее не было, когда мы звонили, — ответил он. — Оставили сообщение и попросили связаться с нами как можно скорее.
На Клару вновь начала накатывать паника.
— А почему бы вам не… В смысле, вдруг ей что-нибудь известно? Возможно, она как-то связана с произошедшим? У того, кто это совершил прошлой ночью, был ключ от входной двери в подъезд — надо полагать, это кто-то из жильцов? Может, она странным образом помешана на Люке, может…
— На данном этапе у нас нет оснований так считать. — Андерсон продолжал говорить с ней с прежним раздражающим спокойствием. — Но мы обязательно пообщаемся с ней, обещаю, Клара. Мы работаем над этим. А пока я предложил бы вам переехать куда-нибудь, хотя бы на ближайшее время.
Клара почувствовала себя маленькой девочкой, которую отец отправляет пойти к себе в комнату, чтобы успокоиться.
— Но, — сказала она.
— Я позвонил напомнить вам о сегодняшней пресс-конференции, — продолжил он. — В Отделе по расследованию убийств хотели бы знать, насколько вы готовы сказать несколько слов о Люке, о том, что он за человек…
Клара прикрыла глаза. Сложно было представить, что бы она сделала еще с меньшим удовольствием.
— Есть новости о фургоне? — спросила она.
— Нет, пока нет, мне жаль, Клара. Понимаю, насколько все происходящее расстраивает вас, но мы уверены, что…
Клара опустилась на диван, почувствовав внезапную слабость в ногах. Она выслушала обещания Андерсона, что они делают все возможное, и, попрощавшись с ним, тупо уставилась в телефон, тщетно стараясь представить ужасающий и совершенно невероятный сценарий развития событий, при котором любимый человек может умереть или уже умер, убит.
Позже Клара попыталась успокоить себя механической бездумной работой, расставляя стулья и раскладывая вещи по местам в ящиках и, дойдя до небольшой комнатки без окон, которую они использовали под офис, обнаружила там фотографии. Металлический шкаф для файлов, в котором Люк хранил личные документы, был перевернут, его содержимое перерыто и разбросано по полу. Она начала рассовывать обратно по ячейкам различные квитанции и выписки по банковским счетам, но закрыть выдвижной ящик ей не удалось. Нахмурившись, она просунула руку внутрь и ощупала стенки, пока не наткнулась на препятствие — большой конверт из манильской бумаги, застрявший под ящиком. Клара вытащила его и достала оттуда три фотографии — это были снимки одной и той же девушки.
Она в замешательстве рассматривала лицо незнакомки. Очень хорошенькая, но кто она? Одна из бывших? Тогда, почему Люк запрятал так далеко снимки — в шкаф для файлов, куда, как ему было известно, Клара никогда не заглядывала? Они не скрывали своих прошлых увлечений: Люк частенько обращал внимание Клары на бывших подружек, чьи лица мелькали среди друзей, с улыбкой взирающих со страниц дорогих его сердцу фотоальбомов. Она знала про Эми, девушку из школы, с которой его связывали первые серьезные отношения, и про Джейд из университета, и про всех, кто был между тем и после, но эту девушку Клара определенно никогда не видела раньше — она бы точно запомнила такое красивое личико. Если бы речь шла о мимолетной интрижке до момента знакомства Клары с Люком, зачем прятать фотографии таким способом?
Внезапная догадка подействовала на нее, как холодный душ. Конечно, эта девушка — его настоящая, а не прошедшая любовь. Колющая обида разлилась внутри нее желчью. Кто она такая? Он любил ее? Это было невыносимо жестоко — так ухищренно прятать фотографии в доме, чтобы потом украдкой смотреть на них за ее спиной. Клара безмолвно взирала на широкую улыбку и ослепительно голубые глаза. Она только сейчас поняла, что совсем не знала Люка, вела себя, как глупый доверчивый ребенок, игнорируя то, что происходило у нее под носом, слепо веря в любовь, которой и не было вовсе.
Ее отвлек от мыслей громкий звонок домофона.
— Кто там? — спросила она.
— Клара?
Она поморщилась: ей был незнаком этот голос.
— Извините, кто..?
После потрескивающих помех она услышала:
— Том, брат Люка.
