— Она… В общем, это она, — выдохнула Алина.
— Вразумительно ничего не скажешь, — скептически отозвалась Наташа, и вдруг лицо ее в один миг полностью переменилось. — Да ты что, неужели — она? Та самая, которая…
— Та самая, — подтвердила Алина. — Ты правильно догадалась.
— Бывает же такое… А она тебя тоже узнала?
— Нет, она же никогда меня не видела.
— Бывает же такое, — повторила Наташа. — Знать бы, я бы ее получше рассмотрела. Я бы уж ей сказала все, что о ней думаю…
— Тогда уж точно без работы бы осталась, — улыбнулась Алина.
Наташа еще долго не могла прийти в себя. В промежутках между выполнением заказов она все повторяла: «Ну надо же!», а потом выпалила:
— Жалко, она прийти не сможет. Я бы ей все высказала…
— Муж ее придет. Ему и выскажи, — усмехнулась Алина.
— Ему-то за что? Он и так бедный, судьбой обиженный, настрадался, бедненький, с такой-то женой…
— Да брось ты, Наташка. Тебя послушаешь — вырисовывается портрет калеки, глухого на оба уха и слепого на оба глаза. Еще и хромого на обе ноги.
— Лучше уж без рук, без ног и без глаз на свет родиться, чем такую жену иметь! — не унималась Наташа.
— Скажешь тоже, — усмехнулась Алина.
— Ну не знаю, как внешне, а морально он, можно сказать, калека. Такая любого сожрет…
«Ненасытная», — мелькнула набившая уже оскомину за этот день фраза.
— Посмотрим, — без эмоций возразила Алина. — На самом деле интересно…
Не слишком-то ей было интересно. Она ни минуты не сомневалась, что избранник Ларисы окажется безупречным. Наверняка полная противоположность Максиму. Никаких тебе рваных джинсов и кепок козырьком назад. Никакой робости во взгляде. Ничего такого, что с точки зрения Ларисы и ей подобных можно было бы оценить со знаком «минус». Не зря же она вот так — поиграла и бросила… Потому что не ее поля ягодой оказался Максим. И ведь видно было сразу, зачем же… Зачем же!
Почти весь день этот вопрос тревожил сознание. Алина механически совершала какие-то заученные действия, повторяла заученные фразы. Только ответа все равно не находила.
— Эй, Алинка, хочешь полюбоваться? — позвала Наташа с другого конца витрины.
Алина обернулась и сразу догадалась, в чем дело: только что принесли отпечатанные фотографии. Среди них должны были быть и снимки, заказанные на печать Снежной королевой. Наташа уже перебирала их, аккуратно придерживая пальцами за края.
— Не хочу, — сдержанно ответила Алина, но все-таки подошла и принялась из-за плеча подруги рассматривать глянцевые картинки. На нескольких снимках, которые увидела Алина, Лариса была изображена в купальнике на берегу какого-то моря. Она не успела понять какого, да и не задумывалась об этом. От фотографий ее отвлекла очередная заказчица. Потом, освободившись, досматривать снимки она уже не стала.
Наташа молча сложила их обратно в конверт и положила на полку в соответствии с номером заказа и первой буквой фамилии. Обсуждать увиденное не хотелось. Да и что там обсуждать?
— Сочи, кажется, — выдвинула предположение Наташа, но Алина разговор не поддержала.
Она посмотрела на часы: до конца рабочего дня оставалось еще почти два часа. Ей показалось, что она еще ни разу в жизни так не выматывалась на работе, как в этот день…
— Ты будь повнимательнее. С минуты на минуту должен ее благоверный появиться, время уже — пятый час.
— Ну и черт бы с ним. Господи, как я устала! Хочу домой, хочу кофе и телевизор, спать хочу! На кой черт он мне сдался, ее благоверный… Мне, правда, совсем не интересно…
— Я тебя понимаю. Извини, Алина, это все мое вечное любопытство… Тебе неприятно, наверное.
— Я просто не хочу больше о ней думать. Не хочу, не хочу…
— Ну и не думай, — поддержала Наташа. — Я тебе больше напоминать не стану. Черт бы с ней, с этой стервой крашеной и с ее мужиком. Сам виноват, надо было смотреть, с кем связывается… Слушай, а давай после работы — в бар? По бокалу вина, а? Всем смертям назло…
— Посмотрим, — неопределенно ответила Алина, пытаясь разобраться, насколько устраивает ее предложенный подругой вариант проведения вечера. За три года, прошедших с момента разрыва отношений с мужем, она еще ни разу подобные заведения не посещала. Уже и забыла, как это бывает — тихая музыка, уютный, приглушенный и мягкий свет, вино в бокалах, отражающее свет…
— Пожалуй, неплохо ты придумала, — поразмыслив какое-то время, решила согласиться Алина.
— Вот и отлично, — поддержала Наташа. — Увидишь, не зря говорят — все самое замечательное ждет нас впереди. И счастье, и любовь…
— Да ну тебя, — отозвалась Алина, чувствуя, что последние слова просто не находят отклика в душе. Счастье, любовь… Что это? Как это бывает? И бывает ли?
— Алина, — послышался спустя какое-то время голос Наташи, в котором та сумела различить интригующие нотки. — Поспорим, это он?
