О чем шепчут кипарисы полностью

– Нет, Эви, нет! Привидений не существует! – Дафна рассмеялась, подумав о забавном совпадении: в детстве она молила Бога послать ей то, что сейчас так напугало Эви. Она мечтала об этом больше всего на свете, но этой мечте, как и многим другим, не суждено было исполниться.

– Это такая же старая сказка, как миф о Персефоне или Арахне, – продолжила Дафна. – Бабушки рассказывают ее вечером у огня. То, что ты слышала, это всего лишь радио в гостинице Нитцы. Многие жалуются, что оно работает слишком громко. – Дафна заметила, что по лицу Эви скользнуло выражение облегчения.

– Но когда ты сказала, что слышала пение, я вспомнила, как сама была маленькой и как часто часами просиживала здесь, вслушиваясь и мечтая.

– Но ты так ничего и не услышала?

– Нет, моя прелесть! – ответила Дафна, отводя взгляд от кипарисов. – Это сказка. Кипарисы молчат.

Около восьми часов вечера, когда солнечные лучи обжигали не так сильно, как днем, а тяжелая жара постепенно начала спадать, Дафна посмотрела на часы. Пришло время собирать вещи и возвращаться домой. Когда они шли вверх по тропинке мимо зарослей ежевики, Дафна оглянулась на дочь и снова почувствовала, как эмоции переполняют ее. Лицо Эви светилось, как яркое полуденное солнце.

– Чудесно было, правда, дорогая? – спросила Дафна.

– Мамочка, мне еще никогда в жизни не было так хорошо! – крикнула Эви и, наклонившись вперед, обхватила за шею ослика.

– И мне… – радостно соглашаясь, кивнула Дафна и улыбнулась дочери. Она крепко держала поводья Джека и, продолжая путь, снова и снова повторяла про себя слова Эви: «Мне еще никогда в жизни не было так хорошо!»

Дафна успела забыть, каким замечательным и приятным может быть день, проведенный без дел. И сейчас она думала о том, что после рождения Эви в ее жизни еще ни разу не было такого дня. И самые простые радости – еда на берегу, замок из песка, поездка на старом уставшем ослике – принесли ей гораздо больше удовольствия, чем она могла ожидать.

Сидя на краю кровати и морщась от боли, Дафна обильно смазывала покрасневшие плечи лосьоном. Втерев последнюю каплю матовой жидкости в горящую кожу, она глубоко вздохнула и, собравшись с силами, поднялась с кровати. Ныло все тело. Завернувшись в полотенце, она подошла к гардеробу, распахнула дверцу и принялась изучать его содержимое. Наконец она нашла то, что искала: голубое платье без бретелей – и надела его.

– Yia-yia, Эви! Pame, идем! – крикнула Дафна и потянулась через кровать за фонариком, стоявшим на туалетном столике. Она знала, что им придется самим освещать дорогу – на тропинках острова не было фонарей. Торопливо покидая комнату, она бросила взгляд на свое отражение в зеркале и на мгновение замерла и оглянулась, чтобы как следует рассмотреть себя. Темные круги под глазами исчезли, цвет лица не казался землистым с оттенком зелени, хотя дома в зеркале она была именно такой. А сейчас женщина, смотревшая на нее, казалась моложе и счастливее, полной жизни и энергии. Дафна не чувствовала себя так уже очень много лет. Тронутая загаром кожа, распущенные упругие кудри вместо небрежного пучка, в который она убирала волосы, работая на кухне, летнее платье, обнажающее ей плечи, и, самое важное, расслабленное лицо – женщина в зеркале не нервничала и ничего не боялась. Она была отдохнувшей, счастливой, беззаботной, красивой… Впервые за долгое время Дафна действительно чувствовала себя красивой.

– Ella! Эви, Yia-yia, pame… Пора идти! – снова прокричала она и, еще раз с удовольствием взглянув на себя в зеркало, выскочила за дверь.

Ровно в пять минут одиннадцатого Дафна, Эви и Yia-yia вошли в холл гостиницы «Нитца», где их тут же оглушила громкая музыка в стиле бузуки. Время от времени струнные каскады заглушались криками «Опа!» – группа лохматых французских туристов у барной стойки поддерживала каждого, кто опрокидывал в себя рюмку узо. Судя по всему, это случалось каждые несколько секунд.

– Дафна! – позвала сестру Попи, сидевшая с рюмкой в руке у бара между двумя молодыми людьми. – Ella! Иди сюда! Познакомься! Мои новые друзья! – Она поднесла руку ко рту, смеясь, крикнула «Опа!» и опрокинула в себя рюмку. Ее новые приятели немедленно последовали ее примеру.

– Опа! – закричали французы.

Yia-yia качала головой, не веря своим глазам. Вместе с Дафной и малышкой Эви они остановились в центре зала и во все глаза смотрели на Попи.