— Ты у Эллиного мужа спроси, — скривившись, отмахнулся Аркадий Самойлович. — Я после того раза на неделю свалился с… Кхм, — многозначительно прервал сам себя Саксаганский.
Стрельнул у Давида сигарету и позволил себе подкурить. Янина, потеряв интерес к их разговору, рассматривала фуры и номера регионов, к которым они были приписаны. Вдыхая промозглый воздух раннего утра, вглядывалась в холмистую даль, покрытую тонким росистым туманом, от которого уже через час не останется и следа. От созерцания ее отвлек тихий свист со стороны огромного восемьсот шестидесятого Вольво с безликим серым прицепом.
— Чего такая красота делает в этом богом забытом месте в столь ранний час? — спросил жилистый водитель, потягивающий самокрутку на ступеньке тягача.
— Ждет коллег, — ответила Янина, разглядывая неожиданного собеседника.
— В поход собрались? — спросил он, кивнув на тяжелые ботинки Янины.
— Да.
— К Ярой горе?
— К ней, — кивнула Янина, улыбнувшись.
— Был там, — водитель тоже кивнул. — Родниковую воду пил.
— Понравилось?
— Очень.
— Далеко вы? — Янина взглядом указала на прицеп.
— В Петропавловск, — ответил водитель, затянулся.
— Что везете? — разглядывая тягач, сияющий синевой в лучах утреннего солнца, спросила Янина.
— Полиэтилен, — улыбнулся водитель. — Обратно скваженики для нефтяников повезу.
На парковку с тихим шуршанием въехала Хонда с мужем Эллы Эдуардовны за рулем. Янина проследила за ними взглядом, разглядев на задних сидениях силуэты Петьки-программиста и его девушки, чье имя Янина пока не запомнила.
— Тоже ваши? — спросил водитель.
— Да, — ответила Янина, вернув внимание мужчине. — Много таких парковок по трассе?
Водитель докурил и затушил окурок об асфальт.
— Достаточно, — пожал плечами водитель. Огляделся вокруг, — Эту можно сравнить с четырехзвездочным отелем, но бывает и откровенные сараи…
— Вы оцениваете их по типу отелей? — усмехнулась Янина.
— Конечно, — бодро согласился водитель.
Следующие несколько минут они обсуждали магистральные трассы и парковки, принципы логистики и ювелирную точность, с которой следует управлять многотонной машиной. Неожиданно водитель умолк, глядя за спину Янине.
— Почему вон тот мужчина в черном спортивном костюме смотрит на нас волком?
Ей не надо было оборачиваться, чтобы понять о ком говорит собеседник.
— Он недоверчив и немного ревнив, — ответила она.
— Служил?
— В горячих точках…
— Ваш мужчина значит?
Янина просто кивнула в ответ, словно боялась произнести подтверждение вслух. Водитель глубокомысленно хмыкнул, перевел взгляд на Янину. Несколько секунд пристально ее рассматривал.
— Вы скрасили мое утро, — сообщил он, вставая. — Спасибо.
Янина кивнула и направилась к своей группе. За разговором она упустила приезд Саши. Ее младшие сыновья и овчарка по кличке Каштан, облепили Эллу Эдуардовну и радостно верещали о том, каких успехов они добились в региональных соревнованиях.
— Поехали? — огласил на всю парковку муж Эллы Эдуардовны — Максим.
***
Максим, Петька-программист и Саксаганский ругались матом и ставили палатки. Давид, все сыновья Саши и Каштан ушли за хворостом. Янина и Саша чистили картошку, пока Элла Эдуардовна, Галка и девушка Петьки-программиста, Лиза, ушли за ягодами и травами для вечернего чаепития.
— У Леши появилась девушка, — тихо, словно посвящает в заветную тайну, сообщила Саша и отправила картофелину в казанок с речной водой.
Янина встретилась с ясным взглядом Саши и улыбнулась.
— Что ты об этом думаешь? — спросила она.
Саша несколько долгих мгновений смотрела на новый картофель в своей руке, повертела его.
— Я рада, — неуверенно начала Саша. — Немного переживаю, чтобы она не разбила ему сердце. Или он ей. Немного ревную. Немного плачу от осознания того, что мой мальчик как-то незаметно вырос…
Янина улыбнулась чуть шире и разрезала почищенный картофель пополам. Саша, смахнув одинокую слезу с ресниц, подцепила кожуру ножом.
— Мишка сообщил, что записался в музыкальный класс. Будет изучать гитару, — продолжила она. — Мы ее даже купили. С собой привезли зачем-то.
— А Коля?
— Наелся собачьего корма. Блевал, — пожала плечами Саша.
Янина открыла рот, чтобы что-то сказать, но не выдержала и звонко, не стесняясь, рассмеялась. Саша пыталась сохранить обреченное выражение лица, но вскоре тоже залилась смехом. Похрюкивая, она рассказала, как ее пятилетний сын съел остатки корма для Каштана, как они ночью поехали в больницу, а потом в круглосуточный супермаркет, чтобы пополнить запасы. В супермаркете, завидев ряды с кормом для животных, Коля снова начал блевать, а Саша, вместо того, чтобы поддержать сына, предлагала ему попробовать другие виды. Вдруг они понравятся ему больше.
— Слышала бы ты, как он орал, — закончила Саша, утирая льющиеся от смеха слезы.
— Вас не выгнали из магазина?
— Выгнали, — отмахнулась Саша. — Поэтому Каштан завтракал тем же, что и Коля — гречкой с молоком. Ему не особо понравилось, но он хотя бы не блевал потом.
— Мама! Мама! — Коля влетел на поляну с длинной палкой в руках. — Мы видели белок!
