– Ей надо в больницу, – словно заворожённая, медленно повторила Стася, пытаясь вникнуть, почувствовать на вкус то, что он говорил. Но вкус у этих слов был горьким и противным.
Слова врача проникали в душу Стаси, словно тяжёлые глыбы падали в море и медленно шли ко дну, поднимая облака взвеси, делая мир мутным. Бабушка умирает… Как это уложить в голове?
Стася закрыла глаза и отчего-то вспомнила себя в шесть лет. Она стоит, схватившись за край этого самого стола, и зачарованно смотрит на молодую бабулю. Та улыбается, поправляя косынку на голове, и убирает под неё светлые пряди. Ксения подхватывает мягкое упругое тесто и, подбросив его, кидает на столешницу, покрытую мукой. Белые облака взлетают, бабушка хохочет, показывая ровные влажные зубы, и у её глаз расходятся светлые лёгкие морщинки. Стася протягивает пальчик и вдавливает его в тёплое живое тесто. Она смотрит на доброе лицо Ксении и думает, какая та красивая в льняном переднике с вышитыми цветами…
– Вам плохо? – трогает её за плечо Петер.
Стася словно проснулась и зарыдала.
– Вот этого я и не хотела, – говорит, спускаясь Ксения.
Она неловко застёгивает кофту, пытаясь делать сердитое лицо, но ей отчаянно жаль внучку.
Стася бросается к ней. Старая Ксения гладит её по спине и говорит:
– Стася, ничего уже не поделаешь…
Врач вскорости ушёл, оставив на столе направление в больницу и строго приказав явиться туда не позже завтрашнего дня. А Стася вынуждена выдержать разговор с Агнией. Та рыдает, кричит в трубку, что «она так и знала, что ничем добрым эта жизнь на маяке не закончится!» У всех окончательно портится настроение. Стася обещает, что сегодня же вечером привезёт бабулю в город на лечение…
Потом Стася и Ксения долго сидели на крыльце. Обе без сил и без слов. Стася так много хотела спросить. И не решалась, украдкой глядя на прозрачные задумчивые глаза бабушки.
В обед девушка сбегала к ведьмам. Те встретили её объятиями. Они давно всё знали. Ещё ранней весной. Как только ведьмы пришли в этот край, к ним заглянула Старая Ксения. Она не просила об исцелении, не искала его и не надеялась. Хотела лишь получить средство от боли. И ведьмы снабжали её сильными травами…
Станислав, как только узнал, примчался к возлюбленной. Он встретил её по дороге от ведьм, обнял и долго утешал. Они сидели под маяком, Стася плакала, а Станислав гладил её по волосам и успокаивал, как мог. Потом он проводил её до дома и пообещал вечером отвезти их в город.
– Знаешь, мне кажется, всё будет хорошо, – сказал он ей напоследок.
– Правда? – она взглянула на него с надеждой.
– Да, – твёрдо произнёс он.
Ребята разошлись, чтобы через пару часов встретиться вновь.
Старая Ксения договорилась с братом Януша, что тот будет зажигать и тушить огни. Он каждое утро рано вёз с фермы в город продукты и мог, сделав крюк, заезжать к маяку.
Станислав перетаскал вещи наверх по лестнице в машину, потом помог подняться Ксении, и они, заперев дом, отправились в путь.
Через три часа уже въезжали в пыльный пригород. Стася показывала дорогу до их городского дома. В переулке ходила Агния. Она ждала их целый час, накручивая себя. Когда Агния увидела Ксению, выбиравшуюся из машины, кинулась к ней, громко рыдая.
– Матушка, на кого ты меня оставляешь?! – кричала она, вытирая слёзы.
– Ну, будет, будет. Я ещё не умираю, – обняла её мать.
Агния, схватив сумку Ксении, недовольно покосилась на Стасю, которая уж слишком долго прощалась с водителем.
– Кто это? – шёпотом спросила она у матери.
– Это мальчик Стаси – Станислав, – объяснила Ксения.
– Какой ещё мальчик? – недовольно проговорила Агния, поднимаясь на крыльцо. – Нам ещё мальчиков не хватало. И так горе в доме! То-то я гляжу, что Стася как-то изменилась. Мам, ну ты-то куда смотрела? – с упрёком сказала она Старой Ксении.
– Любовь – это же прекрасно! – ответила ей мать.
– Но Стасе учиться надо, а не в любовь играть. Вот специально же к тебе отправила, чтобы не загуляла. А она и там себе приключения нашла… Стася, иди в дом! – крикнула Агния дочери.
Девушке очень хотелось поцеловать Станислава. Но на крыльце стояла мать, и Стася только погладила его по руке.
– Я буду приезжать часто-часто, – пообещал Станислав и чмокнул её в щёку, уколов щетиной.
– А я буду ждать тебя, – помахала ему Стася.
Она смотрела вслед машине, пока та не скрылась из виду за поворотом. Потом, напряжённая, пошла к матери.
– Что за Станислав такой? – строго спросила её Агния.
– Мам… мы встречаемся, – робко подбирая слова, переминалась с ноги на ногу Стася, пытаясь прошмыгнуть в дом.
Но мать загородила проход.
– Он хоть из хорошей семьи? Ты знаешь его родителей? – заглядывала с тревогой в лицо дочери Агния.
– Да, мама. Его отец – капитан. У них свой дом, есть небольшая яхта, – пыталась задобрить мать Стася, но от этих слов на душе появился противный, мерзкий налёт. Девушка ненавидела себя в тот момент, словно продавала повыгоднее свою любовь.
– Да? Ну что ж, хоть здесь ты не сплоховала! – обрадовалась Агния. – Надо будет к нему приглядеться. Пригласи его к нам на ужин.
Агния отступила, пропуская дочь.
