Вне школы Паше в десятом классе было печально. На улицу он выходил лишь затем, чтобы накуриться если было что или просто выкурить несколько сигарет для чего прокладывал каждый раз новый круговой маршрут по своему району. Дома Паша смотрел фильмы, всё подряд по телевизору, слушал любимую музыку и приобщался к новой. После русского рока Паша перешёл на классику зарубежного и скачивал целые альбомы самых известных команд.
Пашиными друзьями по увлечению стали два его школьных учителя – Всеволод Петрович по физике и его классный руководитель Владимир Викторович. С Всеволодом Петровичем Паша даже был близок по стилю одежды: оба в пиджаках с чуть удлинёнными волосами – Паша стал отращивать, а Всеволод Петрович укоротил к старости; у Паши под пиджаком майка Rush, у Всеволода Петровича Van Hallen с их змеиным логотипом. По физике у Паши в десятом стало лучше, хоть в начале не задалось, но у него был стимул, не хотелось позорится перед учителем и Паша занимался и к концу года вытянул предмет на пятёрку. Паше нравился Всеволод Петрович, но поговорить с ним после уроков он стеснялся – не мог перебороть какой-то барьер, хотя физик был мужик открытый и Лёха Парамонов, например, постоянно с ним о чём-то трепался и даже выпивал. Паша же довольствовался лишь тем, что нет-нет Всеволод Петрович на уроке зарядит, что-нибудь ностальгическое в стиле «вот раньше музыка-то была», а Пашка подхватит и они на незнакомом остальным языке перебросятся парой для них магических символов, которые вызовут внутри них маленькие вспышки наслаждения и улыбки на лицах, а у Лёхи Парамонова зависть, поскольку вроде как он считается приближенным, но тайны-то не знает. Лёха Парамонов вообще отчаянно старался стать интеллигентом: читал какие-то книжки, что ему советовали его товарищи учителя, смотрел фильмы, которые ему записывал на диск Всеволод Петрович, ходил в театры, сам пытался играть в школьном, но интеллигента все почему-то видели в Пашке и Лёха потянулся к нему тоже. Лёха всегда ходил в костюме тройке и белой рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами, по-брежневски зачёсывал волосы, что делало его ещё больше похожим на сельского председателя: плотный коренастый с озорным смехом и коротенькими пальчиками грубых рабочих рук. Во время скучных уроков Лёха заполнял общие тетради всевозможными вариантами собственного автографа, в надежде найти идеальный вариант, создать утончённый каллиграфический шедевр. Лёха явно лез не в свой огород – уже в юном возрасте мастер на все руки, деревенский работяга, его всё же манило противоположное, то что и по генам и по духу было чуждым. В школе Лёха стал сидеть с Пашей за одной партой, общение у них ладилось, но дальше курилки не выходило. У Лёхи была своя компания, свои друзья, все до одного далеко не интеллигенты, приблатнённая шпана, короче говоря совсем другая жизнь, из которой он выглядывал, чтобы вздохнуть воздуха другой, манящей, посредством дружбы с учителями, Пашей и чтением всего подряд и без разбору.
Сам Паша читал гораздо меньше, но всё что он прочитывал плотно в нём оседало. В детстве, когда мама его наказывала и лишала приставки, телевизора и прогулок, он брал что-нибудь из книжного шкафа и сначала через силу, а потом уходя всё глубже и глубже испытывал новые для себя оттенки удовольствия. Паша обожал Зощенко, Чехова, Тургенева – их самые маленькие вещи, иногда брался и за большие книги, но авантюрно-приключенческого жанра.
В седьмом классе Паша впервые стал любимчиком у учительницы и эта была учительница по литературе. Паша даже не читая произведения, уловив некоторые моменты во время урока, мог сделать точное замечание или какой-нибудь вывод, что приходилось Светлане Сергеевне по душе, а уж если Паша читал, он блистал перманентно. Однако из этого маленького успеха увлечение литературой, так и не проросло. Это случилось позже, как раз в десятом классе, когда им поставили нового классного руководителя.
Владимир Викторович был в школе личностью известной, по большей части среди старшеклассников, поскольку и преподавал, только в старших классах. Когда Рита, уже закончившая школу, ещё в сентябре спросила про то кого им назначили классным и когда Паша сказал, что Берёзкина, она буквально воскликнула и стала говорить как им повезло.
– Если вы будете к нему нормально, то и вам круто будет – сказала Рита, а дальше шли истории про Берёзкина.
