Задумавшись Лерман не заметила, как будто из неоткуда на тротуар на велосипеде вылетела кудрявая девочка в драных джинсах, старых кедах и несоразмерной майке. Она подвывала какой-то песне в наушниках и совершенно не смотрела куда едет. Голова её была запрокинута вверх.
Естественно любование небом ни к чему хорошему не привело. Скрежет тормозов и девичий визг раздался слишком поздно. Чакки налетела на оторопевшую Касандру и обе девушки рухнули на жёсткий асфальт.
— Твою-то мать, сука! — выругалась Логан, быстрым взглядом окинув велосипед на наличие повреждений. Уж больно дорожила она этим приобретением. — Смотри куда прёшь, коза! — рявкнула она на рыжеволосую девушку, что, всё ещё распластавшись лежала на асфальте, таращась в голубое небо, по которому медленно плыли пушистые облака. Касандра никак не могла осмыслить, что только что произошло. Шла себе, никого не трогала, и на тебе. К тому времени как её мозг снова заработал, девушка на велосипеде, уже быстро катила дальше, ругаясь матом и подкуривая измятую сигарету.
Манеры у неё явно хромали, — про себя отметила рыжеволосая.
А потом её взгляд упал на сумку, в которой лежал ноутбук. Таких слов в свой адрес Чакки ещё не слышала, наверное, именно поэтому ещё усерднее принялась крутить педали.
Их вторая встреча состоялась на той же неделе в выходные. Чакки сидела в кафе «Бэмби», попивая кофе и печатая сообщение на стареньком телефоне, доставшимся ей от сводного брата. Цифры и буквы на кнопках почти стерлись, и девушка набирала текст лишь благодаря памяти. В тот момент, когда телефон лёг на столешницу, и Чакки откинулась на спинку стула, прикрыв глаза, звоночек на двери оповестил о приходе нового посетителя. Пару минут было тихо, до тех пор как:
— Ты! — воскликнул уж очень знакомый Логан голос. Лениво приоткрыв один глаз, девочка была скинута со стула и уложена на лопатки. — Вот мы и встретились, — зловеще прошипела рыжеволосая девушка, восседая на костлявых бёдрах оппонентки. В то время Чакки была совсем худой и угловатой. Друзья даже обзывали анарексичкой.
— О, привет, — слегка заторможено протянула девушка, смотря в голубые глаза, в которых плескалась ненависть. — Слезь с меня.
— И не подумаю! Ты сломала мой ноутбук и смоталась! — тряхнув Чакки за ворот куртки, воскликнула Лерман. Посетители с сонным видом наблюдали за разгорающейся потасовкой, а продавщица у прилавка уже потянулась за телефоном, что бы вызвать полицию.
— И что? Мне как-то фиолетово, — хмыкнула Чакки, заёрзав под Касандрой. Быть придавленной к полу ей совсем не нравилось, но пока в драку лезть она не собиралась. Всё ещё надеялась как-нибудь мирно разойтись.
— Да ты хоть представляешь, сколько стоил этот ноутбук! Там были все важные документы и проекты! А из-за тебя я их даже восстановить не могу! — яростно зашипела девушка.
— Что снова подтверждает твою дурость и недалекость. На флешки сохранять не пробовала?
Язык мой — враг мой. Это как раз про Чакки.
Нервы у Касандры окончательно сдали, и она одним точным ударом разбила говорливой девушке губу. Ошарашенная Чакки естественно не могла оставить это без внимание. Выкрутившись невероятным образом, она ускользнула из-под второго удара и, оказавшись на свободе, сама отвесила весьма ощутимый пинок в спину оппонентки. Из разбитой губы по подбородку текла кровь, Чакки скривилась от боли, провела языком по ранке. Касандра несколько раз кашлянув поднялась на ноги. Удар у Чакки оказался поставленным и весьма тяжёлым.
— Я убью тебя, честное слово, — рыкнула Лерман. Чакки флегматично пожала плечами, но в глазах её разгоралась злость, смешанная с весельем. Второй удар Чакки получила в челюсть, а Касандра в скулу. Вцепившись в волосы друг друга, они одновременно потянули головы вниз, выворачиваясь невообразимым образом. Подсечку поставила Лерман и обе девушки повалились на пол. Девушки катались по кафелю, отвешивая всё новые и новые удары.
Это продолжалось до приезда полиции. Официантки благоразумно решили не вмешиваться в потасовку подростков, а то ведь и под горячую руку могли попасться.
После нескольких минут борьбы девушек уже с полицейскими, их всё же вытащили на улицу, злобно рыкавших друг на друга и усадили в машину. За сквернословие Чакки получила шлепок по губам, а Касандра подзатыльник.
К удивлению нарушительниц порядка в камере они оказались одной, но тут же разбежались в разные углы, из которых сверлили друг в друга мрачными взглядами. Спустя полчаса Касандра нервно расхаживала вдоль решётки, как запертый в клетку тигр, а Чакки валялась на жёсткой скамье. Вытащив неизвестно откуда недоеденную булочку, она с задумчивым выражением лица покрутила ту перед носом.
— Долго нас тут будут держать? — нервным голосом спросила неизвестно кого Лерман, вцепившись в решётку.
— Не зна-а-аю, — послышался ленивый ответ со скамьи. Кас бросила косой взгляд в сторону соперницы. — Будешь булочку?
Пробормотав что-то неразборчивое, девушка всё же подошла к скамейке и сев на пол, вытянула руку, в которую незамедлительно была вложена половинка булочки.
