– Есть, сэр! – И подчиненный снова умчался. Неисправный датчик или не вовремя открывшийся шлюз – это была внештатная ситуация, как ни крути. И если бы Черный Лорд был в этот момент на мостике, он принял бы более решительные меры, нежели отправка в проблемный сектор ремонтной бригады. Ибо Черный Лорд никогда не спускал на тормозах любые внештатные ситуации, тем более когда крейсер находился в состоянии как бы войны.
И даже неисправный датчик, сущий пустяк для корабля, более пятнадцати объективных лет не входившего в ремонтный док хотя бы для профилактики, мог стоить кому-то из экипажа жизни.
Но Черного Лорда на мостике не было.
И вместо роты имперских штурмовиков к неисправному шлюзу была отправлена всего лишь ремонтная команда, единственным оружием которой были сканер для выявления неисправностей, набор запасных датчиков и плоскогубцы.
Внешние дверцы шлюза с тихим шипением, выдающим мелкие неисправности в гидравлической системе, смыкались за имперским шаттлом.
– Боишься? – спросил Юнга.
– Есть децл, – сказал Лева. – А ну как поубивают нас всех к чертовой бабушке?
– Не боись, – сказал Юнга. – Прорвемся.
И покосился на лейтенанта Крина, стоявшего справа от него.
Постой, уважаемый литератор, скажут читатели. Что это значит: «Сказал Лева?» Ведь мы точно помним, что на имперском шаттле были только бойцы группы «Альфа» и выполняющий обязанности пилота Юнга. А никакого Левы там не было и быть не могло.
Так вот, скажу я. Могло. И было.
Дело в том, что план действий, как это часто бывает с планами, составленными впопыхах, по ходу тех самых действий претерпел серьезные изменения.
Имперские штурмовики по ближайшем рассмотрении и более тесном знакомстве оказались совсем неплохими парнями и честно признались, что расстрел мирной планеты космическим крейсером, находящимся на ее орбите, не вписывается в их боевой кодекс чести.
К тому же в экипаже давно уже выросло и окрепло мнение, что полет несколько подзатянулся и было бы нелишне его закончить. Но робкие попытки намекнуть Лорду-командующему, что было бы совсем неплохо присмотреть какую-нибудь планетку со сносными условиями для жизни и попытаться эту планетку своими силами колонизировать, приводили только к публичным казням, что, естественно, настроения в команде не улучшало.
По словам лейтенанта Крина (и автор с высоты своего знания заверяет, что этим словам можно было доверять), больше половины членов экипажа были готовы поднять мятеж, и только страх перед правой рукой самого Императора удерживал их от этого радикального шага.
Лейтенант Крин входил в неофициальный совет потенциальных мятежников и гарантировал, что при благоприятном стечении обстоятельств сможет обеспечить победу защитникам Земли.
Однако все понимали, что оставлять на орбите оружие огромной разрушительной силы, равной которой нет в этой Галактике, даже при условии капитуляции пришельцев, было бы неразумно. Потому что рано или поздно встанет вопрос, а кому это оружие принадлежит. И обладание им любой из стран земного шара предоставит ей такие преимущества и возможности, что...
Бойцы группы «Альфа» были патриотами. Они прекрасно понимали, какой именно стране в случае победы достанется этот корабль, и верили в разумную политику своего правительства.
С другой стороны, они были разумными людьми и понимали, что искушение будет слишком велико.
Корабль, который обеспечит безоговорочное превосходство в космосе и на Земле на несколько ближайших десятилетий. А то и веков.
Допустим, сейчас у кормила власти стоят разумные люди, привыкшие обходиться без радикальных мер и добиваться своих целей мирным путем. Но кто может дать гарантию, что и на следующих президентских выборах победу одержат столь же разумные и достойные люди?
И даже если корабль законсервировать, демонтировать боевые установки и запустить на него толпы ученых, в сознании людей корабль все равно останется. И всегда найдется человек, который пожелает использовать боевой крейсер Империи по прямому назначению. Политик ли, религиозный фанатик или террорист, или оставшийся в живых имперский штурмовик, возжаждавший отмщения, – какая разница, когда в результате их действий гибнут люди?
Ну и кроме того, у бойцов был четкий и недвусмысленный приказ: уничтожить корабль захватчиков. Любой ценой. Не считаясь с потерями.
Юнга тоже понимал угрозу.
Гиптиане были готовы вести переговоры на равных. Но, имея такой корабль, земляне смогут выступить в этом процессе с позиции силы, и тогда... Кто знает, что будет тогда, но то, что гиптианам придется несладко, это факт.
Совещание было коротким, решение – единогласным.
Корабль должен быть уничтожен.
Людей, не разделяющих взгляды Лорда Вейнера, надо было спасать.
А шаттлов и спасательных капсул не хватало на то, чтобы спасти хотя бы половину из означенного количества людей. Конечно, изначально капсулы были, и корабль никогда не сошел бы со стапелей без средств эвакуации для всего экипажа, однако не следует забывать, что корабль полтора десятилетия болтался в открытом космосе и несколько раз принимал участие в боях.
