Это заявление породило дискуссию на тему «сволочи мусора, зачем же сразу так, лучше бы просто посадили», которую Витя пресек через десять минут после ее начала, не видя в ней ничего конструктивного. Он предложил произвести инвентаризацию имеющегося у них имущества и обнаружил, что, за исключением пушек, у них осталось практически все, что было с собой на момент разборки. От денег и золота толку не было никакого, поэтому он разрешил оставить их при себе, зато сразу забрал имеющиеся в наличии шесть ножей, из которых три были «бабочками», два «швейцарскими армейскими» и один – обычным тесаком, реквизировал все зажигалки и сигареты, прогнозируя в первую очередь именно табачный кризис. Решение нашло и своих критиков, которым напомнили, что бугор – он и на Луне бугор, и лучше не рыпаться, а то оставят в шлюзе, как Вована. Еще Витя изъял две фляжки коньяка, которые спрятал в ящиках с макаронами.
Потом он распределил обязанности, назначив кладовщика, поваров и дежурного по, простите за анатомическую подробность, туалету. Обязанность выдавать сигареты он взял на себя, определив суточную норму в пять сигарет. Запасов еды было достаточно, но вот подкинут ли тюремщики в ближайшее время хоть какого-нибудь курева – это большой вопрос.
Самой большой проблемой стала скука. Никакой работы не было, и парням просто нечем было заняться. Обнаруженные на канистрах с питьевой водой три шахматные доски ненамного облегчили положение, ибо из всех присутствующих правила игры знали только трое. Витя распорядился, чтобы они обучили остальных, и провозгласил начало шахматного турнира, где каждый победитель будет получать сигарету вне очереди, а чемпион – целых пять. Никогда еще шахматы не видели такого прилива энтузиастов.
Дня через три прибыло пополнение в лице еще восьми представителей славной профессии, ведущей свое начало от темных личностей, имеющих привычку подстерегать путников на глухих лесных дорогах и задавать им сакраментальный вопрос: «Кошелек или жизнь?» Вновь прибывшие мало чего могли добавить к сценарию произошедшего с бригадой Белого, зато имели неосторожность возмутиться требованием безоговорочно принять Витину власть. После чего им было предложено отправиться в пешую прогулку по поверхности земного спутника – без скафандров, разумеется, – и конфликт утих сам собой.
В течение следующих двух недель численность колонии возросла до восьмидесяти пяти человек, и у Вити появились серьезные опасения относительно количества запасенного провианта. Зато у новичков оказались с собой две колоды карт, и к шахматному чемпионату добавились еще турниры по «очку» и «буре», правда, призовой фонд был снижен до количества трех сигарет для победителя ввиду кончающихся запасов.
Опасения относительно провизии оказались напрасными, сразу же после прибытия шестой партии пацанов в складском углу помещения чудом оказались новые ящики с тушенкой, корейскими супами быстрого приготовления, пакеты с гречневой кашей и прочим провиантом.
Также была вода, еще три шахматные доски и два блока сигарет «Ява», на которые Витя сразу же наложил свою руку. Количество сигарет плохо соотносилось с количеством еды, и он логично рассудил, что все дело в проектной мощности рециркуляторов.
Нервных срывов практически не было, все пацаны были привычны к долгому нахождению в ограниченных пространствах, в кругу одних и тех же лиц, и жизнь колонии была довольно-таки спокойной.
Но помимо вопроса об их будущем, который мучил всех присутствующих, Витю волновал еще один аспект, и волновал все сильнее с каждой новой партией поселенцев. Если мы все будем ЗДЕСЬ, а к этому все и идет, думал он, то кто же тогда останется ТАМ?
Наутро после эпохального присоединения к мифической организации Левона вполне реальной таганской бригады Лева снова встретился со своим тайным союзником. На этот раз рандеву было запланировано заранее и состоялось в сквере неподалеку от дома, в котором Лена проживала вместе с родителями, старшей сестрой, бабушкой и собакой породы ньюфаундленд.
Когда Лена пришла на раннее свидание, Лева уже сидел на лавочке и чертил в пыли круги носком своего модного итальянского ботинка.
– Приветик, – сказала Лена. – Как спалось? Хотя, судя по той развалине, что я вижу перед собой, не спалось никак. Попробую перефразировать вопрос. Как прошла ночь?
– Бурно и продуктивно, – сказал Лева.
