Контрразведчик и главный организатор преступности по Москве и области недоверчиво посмотрел на несерьезное пластмассовое оружие, несколько раз подкинул его в воздух, потом навел на диван и нажал на спуск. Как и следовало ожидать, диван исчез.
Гоша подошел к тому месту, где он был раньше, потрогал воздух рукой.
– Ага, – сказал он. – Значит, телепортация. И вся наша братва сейчас где?
– На Луне, – повторил Лева. – Ты только что одарил ее дорогим кожаным диваном.
Витя Белый сидел на ящике с макаронами и смотрел на стул.
Стул был обычный. О четырех ножках, с мягкой спинкой и вполне удобным на вид седалищем. Дорогой стул. Мореный дуб, определил Витя. И обивка из бархата. Хороший стул.
Только вот что он здесь делает?
С самого начала на Лунной зоне ощущался некоторый недостаток мебели. Братанам приходилось спать на полу а это было жестко и неудобно. Потом смастерили некоторое подобие лежбищ из принесенной с собой верхней одежды, благо здесь она была без надобности. На этих лежбищах спать приходилось по сменам, потому что для сооружения одного спального места требовалась одежда пяти-шести человек. Сидели пацаны либо на корточках, либо на полу. Водружать свои пятые точки на ящики с тушенкой или макаронами могли себе позволить только авторитеты.
И вдруг появился стул.
Но те, кто обустроил Лунную зону, должны понимать, что одним стулом проблему мебели не решить. Что такое один стул на сто с лишним человек? И вместо одного дорогого стула из мореного дуба могли бы прислать несколько комплектов пластиковой дачной мебели. По деньгам бы даже дешевле вышло.
А еще лучше прислали бы сюда десяток-другой спальных мешков. Или раскладушек.
– Проблемы, Виктор? – спросил Женя Таганский, подходя ближе и присаживаясь рядом. Женя был знаком с Витей еще до «лунной ходки» и был в авторитете у многих пацанов. Поэтому Витя сделал его своей правой рукой.
– Смотрю на стул, – сказал Витя.
– Тоже занятие, – решил Женя. – И какие мысли вызывает у тебя это достойный предмет интерьера?
– Только одну мысль, – сказал Витя. – Почему стул? Почему не что-нибудь другое? Кровать бы нам больше пригодилась, по-моему.
– А может быть, это не стул, – сказал Женя.
– Думаешь, какой-нибудь гребаный прибор?
– Нет, – сказал Женя. – Думаю, что это не прибор. По виду это все-таки стул. Но если посмотреть на этот стул с социальной точки зрения, то он может оказаться не совсем стулом. Или совсем не стулом.
– Что ты имеешь в виду?
– Закурим? – спросил Женя.
– Давай.
Они достали из карманов сигареты и задымили. Остальные пацаны смотрели на них с плохо скрываемой завистью. У половины братков вообще не было сигарет а счастливые обладатели пачек с «медленным убийцей» были вынуждены ждать очередного перекура. Витя установил строгий график курения, и закуривший в неурочное время пацан автоматически лишался всех своих сигарет.
Нельзя сказать, что таким образом Витя боролся за экологию на подведомственной ему территории. Рециркуляторы справлялись, и он подозревал, что будут справляться еще очень долго, несмотря на возрастающую численность населения. Просто пацанам нужна дисциплина. Без дисциплины они здесь все с ума сойдут и друг друга передушат.
– Что есть стул? – спросил Женя после второй затяжки.
– Табурет со спинкой, – сказал Витя.
– Вот именно, – сказал Женя. – Табурет со спинкой. Значит, мы можем предположить, что табурет появился раньше стула, не так ли?
– Возможно, – сказал Витя.
– Так и есть, – сказал Женя. – Поэтому рассмотрим сначала вопрос табурета. На чем люди сидели до того, как они придумали табуреты?
– На камнях, наверное.
– А до этого?
– На земле.
– А еще раньше?
– Еще раньше люди сидели на деревьях, – сказал Витя. – У них были хвосты, и назывались они обезьянами.
– Вот! – Женя торжествующе поднял вверх указательный палец. – Именно так все и было. Стул – это символ цивилизации.
– Фигня, – сказал Витя. – Стул – это стул.
– Рассмотрим стул с точки зрения философии, – сказал Женя. – А также с точки зрения эволюции. В то время как кодла диких, немытых, небритых и нечесаных обезьян сидела на деревьях, подвергаясь нападкам клопов, тли, червей и прочих прелестей, продувалась сквозняками со всех сторон и вообще вела жалкий образ жизни, одна обезьяна перебралась жить в теплую и сухую пещеру и стала сидеть на земле. Этим она показала толпе обезьян, что она – правильная и конкретная обезьяна, а все остальные – лохи. -Ну.
– Остальные обезьяны срубили эту фишку и тоже перебрались жить в пещеры. И все они стали сидеть на земле и зарабатывать на свою задницу ревматизм, геморрой и всякие прочие прелести. Пока другая обезьяна, для удобства назовем ее неандертальцем, не прикатила в пещеру валун и не уселась на него. И этим неандерталец показал обезьянам, что он – правильный и конкретный неандерталец, а они все – лохи.
– Забавно, – сказал Витя.
