Прежде всего, дело состоит в том, чтобы прислушаться к призывам Духа молитвы. Здесь необходима борьба, как говорит Иисус в Евангелии от Марка (14:38) ибо Дух хочет молиться, плоть же противится этому. Далее, нужна борьба, чтобы слушать то, о чем хочет сказать нам Дух Святой во время молитвы. Конечно, для нас тяжело раскрывать привычные грехи. Также необходима ежедневная борьба и бодрствование, чтобы прислушиваться к напоминаниям Духа Святого о том, что нам нужно молиться за определенных людей. Если мы допустим Духа Святого действовать в нашей молитве, то мы испытаем то, что настоящая молитва возможна для нас, сынов человеческих, что она не представляет собой нечто такое, что витает где-то в облаках и доступно лишь для избранных. Тогда мы понимаем, что молитва, собственно, представляет собой просьбу о Духе молитвы.
Умоляю вас, братия, Господом нашим Иисусом Христом и любовью Духа, подвизаться со мною в молитвах за меня к Богу, чтобы избавиться мне от неверующих в Иудее.
Эти слова апостола показывают нам новую сторону молитвенной борьбы. Он говорит здесь о ходатайственной молитве, которая принимает форму борьбы. Те же мысли, только несколько другими словами, выражает он в Послании к колосянам: «Приветствует вас Епафрас ваш, раб Иисуса Христа, всегда подвизающийся за вас в молитвах, чтобы вы пребыли совершенны и исполнены всем, что угодно Богу. Свидетельствую о нем, что он имеет великую ревность и заботу о вас и о находящихся в Лаодикии и Иераполе» (4:12,13). Эта молитвенная борьба часто может быть понята неверно. Ее воспринимают, как молитвенный спор с Богом. При таком понимании допускают мысль, что Бог Свои дары удерживает как можно дольше, и нам нужно каким-то способом отвоевать их у Него. Таким образом, молитву считают средством преодоления сопротивления со стороны Бога и побуждением исполнить просьбы. И если молитва исполняется, то лишь потому, что молящийся боролся с Богом, досаждал Ему своими просьбами, убедил его в настоятельности нужды и не отпускал до тех пор, пока Бог, наконец, не сдался. Не нужно даже хорошо знать Библию, чтобы убедиться, что такое понимание является языческим, а не христианским.
Бог благ. И дело не обстоит так, что нам нужно посредством настоятельных просьб и борьбы настроить Его на добродушный лад. «Бог дает просто и без упреков» (Иак. 1:5). Он не только благ, но и всеведущ, и Он во всякое время знает, что нам более всего нужно. Нам нет необходимости ни посредством доказательств, ни посредством уговоров учить Его, что для нас является самым лучшим.
Учение о молитвенной борьбе, как о споре человека с Богом, основано на определенных местах Писания, главным образом на борьбе Иакова с Богом (Быт. 32:22-32). Об Иакове сказано, что он боролся с Богом и не отпускал Его, говоря: «Не отпущу Тебя, пока не благословишь меня». И он действительно получил это благословение от Бога. Но в результате этой борьбы у него было повреждено бедро.
Из Нового Завета обычно приводится случай с ханаанской вдовой (Мф. 15:21-28). Здесь рассказывается о женщине-язычнице, которая неподалеку от Тира встретилась с Иисусом. Она просила Его исцелить ее дочь, которая была бесноватой. Но Иисус не отвечал ей. Тогда ученики стали просить за нее: «Отпусти ее, потому что кричит за нами». Но Иисус сказал: «Я послан только к погибшим овцам дома Израилева». Однако женщина, которая находилась в великой нужде, не сдавалась. Она пала к ногам Его и сказала: «Господи! помоги мне». Но Иисус все еще не уступал. Он даже произнес суровые слова: «Не хорошо взять хлеб у детей и бросить псам». Женщина же не прекращала просить. Находчиво и, в то же время, с глубоким смирением она использует этот пример Иисуса и говорит: «Не нужно брать хлеб у детей и бросать псам; ведь псы довольствуются тем, что падает со стола их господ». И лишь теперь Иисус уступает и исполняет ее просьбу.
Нельзя отрицать, что оба эти примера, на первый взгляд, как бы подтверждают то мнение, о котором мы говорили выше, что молящийся должен преодолеть сопротивление со стороны Бога и принудить Его исполнить молитву. Но так как такое толкование этих случаев противоречит учению Библии о Боге и о сущности молитвы, мы должны попытаться найти такое объяснение, которое согласовалось бы как с благостью Божией, так и с сущностью молитвы.
Почему Иисус не отвечал, когда женщина так настоятельно просила Его о помощи? Было ли это потому, что Его не заботила ее нужда? Нет и еще раз нет! Когда ученики попросили за нее — почему Он тогда указал на то, что Он послан только к избранному народу? Ведь уже раньше Он делал исключения из этого правила (например, Мф. 8:5).
Каждому, кто знаком с Иисусом, ясно, что это произошло не из-за нежелания Иисуса помочь ей. И если все-таки Он так необычно повел Себя здесь, то это потому, что у него были особые намерения. Каждый, у кого есть некоторый опыт в молитвенной жизни, знает, что это не единственный случай, но нечто такое, что время от времени повторяется в жизни верующих.
Иисус молчит.
