Восемнадцатилетняя Ин собирается стать первоклассным инженером, как ее отец – вождь клана на их маленьком острове. Но однажды ее отца убивают, и она не успевает этому помешать, дав убийце ускользнуть. Поскольку старший брат Ин больше занят тем, чтобы поскорее занять место отца, Ин берет расследование в свои руки и выходит на след престижной Гильдии инженеров в столице главного острова – месте, которое скрывает прошлое ее отца. Чтобы проникнуть в тщательно охраняемые стены Гильдии, Ин заручается поддержкой неожиданного союзника – неразговорчивого молодого принца.
Original title:
Of Jade and Dragons
by Amber Chen
Of Jade and Dragons
Copyright © 2024 by Amber Chen
All rights reserved.
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025
Примостившись на краю обрыва, крошечная фигурка наблюдала, как на нее с оглушительным воем надвигается темное облако – вихрь вращающихся лопастей.
Аньхуэй Инь наморщила гладкий лоб.
Дирижабли Верховного главнокомандующего могли бы двигаться куда тише. Пустяковая проблема, стоило лишь установить глушители из кожи бизона. Отец предполагал, что мастера Гильдии нарочно не устранили эту недоработку, поскольку шум наводил на людей ужас.
– Что же они ограничились громом? Можно было для большего эффекта палить молниями прямо из киля, – пробормотала она.
Воздушные корабли пронеслись над головой. Два небольших впереди и два позади, охранявшие громадину в центре. Каждый дирижабль – черное чудовище с серебряной эмблемой кобры, по обеим сторонам корпуса величественно раздуваются на холодном ветру паруса на бамбуковых каркасах.
Как-то в детстве Инь обнаружила на камне неподвижную ящерицу и, чтобы узнать, жива ли она, слегка потревожила спящее создание. Ящерка проснулась в ярости, и на ее шее распустился яркий воротник. Вот откуда Гильдия инженеров почерпнула вдохновение, добавляя к дирижаблям паруса, подумала Инь. Опять же, больше для устрашения, чем для скорости.
– По указу Верховного главнокомандующего, – раздался сверху монотонный голос, – Орден Кобры перевозит узника-предателя из столицы в шахты Цзюйваня, где он будет отбывать пожизненное наказание. Все гражданские воздушные корабли, прочь с дороги! Повторяю: прочь с дороги!
Инь фыркнула и, спасаясь от шума, заткнула уши руками в перчатках. Уж Верховный главнокомандующий не упустит шанса устроить из изгнания собственного сына целое представление.
Однако она не испытывала к бывшему бейлу, назначенному, но так и не вступившему в должность Верховного главнокомандующего, особого сочувствия. Он сам себе вырыл могилу, разжигая рознь между братьями, а потом еще имел дерзость заявить, что, как только примет командование, предаст смерти любого, кого сочтет угрозой. История его падения разлетелась по всем Девяти островам, – несомненно, с молчаливого одобрения властей, в качестве предупреждения всем, кто вздумает угрожать стабильности Верховного командования Аогэ.
Как только дирижабли скрылись из виду, Инь вновь сосредоточилась на собственной задаче. День угасал, и, хотя по ночам остров Хуайжэнь был волшебно красив, приземляться в темноте было значительно сложнее. Она заправила за уши выбившиеся пряди и затянула потуже ленту, чтобы не развязался пучок волос на затылке. Наполнив легкие прохладным летним воздухом, она раскинула руки в стороны.
– На Ка Ханя уповаем!
Она наклонилась над обрывом, так что центр ее тяжести оказался над пропастью, и камнем полетела вниз. Расстояние до гибельных скал стремительно сокращалось.
Брызги океана, мелкие, как пыль, коснулись щек – самое время действовать.
Инь дернула за один из разноцветных шелковых шнуров, свисавших с громоздкого приспособления за спиной, и над ней развернулась пара огромных крыльев. Бамбуковые фаланги, пощелкивая, вставали на места, растягивая тонкую шелковую ткань, которой был обшит каркас.
Крылья подхватили порыв ветра, и их обладательница взмыла ввысь.
– Спасибо! – крикнула она небесам, паря над волнами. Ее глаза сияли восторгом. Ка Хань, бог неба, приглядывавший за землями Аньтажаня, наверняка усмехался ее глупости, но должное уважение проявить все же следовало.
Уважению она научилась у матери, а безрассудству – у отца.
Инь закрыла глаза, и ею овладела безмятежность. К мерному гулу волн лишь иногда примешивались крики чаек. Когда она вновь открыла глаза, ее взору предстали круглые белые крыши шатров родной деревни. Они походили на крошечные грибы, выросшие среди травы и снега. Луга вдалеке пестрели белыми и бурыми пятнышками – это мирно паслись многочисленные деревенские стада овец, яков и лошадей. Потянув за голубой шнур слева, она повернула в сторону дома.
Перед тем как отправиться в путь, она выбрала место для посадки – свободный лужок у западной окраины деревни – и даже воткнула в землю большой красный флаг. Но приземлиться оказалось сложнее, чем она предполагала.