Справедливость и несправедливость по преимуществу обнаруживается в праве, но также не остается совершенно чуждою и другим формам жизни, и даже природе. Так, есть нечто космически несправедливое, когда явления последней слепо и безжалостно губят добрых и бывают благодетельны злым, напр. когда голод в неурожайные годы ложится всею тяжестью на нуждающихся, а богатым, скупившим хлеб, помогает еще увеличить свои богатства; или когда град побивает хлеб, выращенный с таким трудом и заботой; или когда при пожаре сгорают больные, старики и дети. Также есть нечто несправедливое в ложных формах религии и искусства, напр. брамаизм и магометанство несправедливо относятся к женщине, или, напр., в тенденциозном искусстве часто и незаслуженно оскорбляются целые классы или сословия[32]. Справедливость вообще можно определить как заслуженное воздаяние, как некоторый вид нравственной причинности: она есть строгое соответствие между добром или злом, свободно совершенным в прошедшем, и между добром или злом же, необходимо следующим в будущем. Несправедливость же можно определить как незаслуженное воздаяние, как нарушение нравственной причинности: она есть несоответствие между благом или злом, сотворенным в прошедшем, и между благом же или злом, случайно следующим в будущем. Это нарушение чистой нравственной причинности, как и физической, происходит от вмешательства какой-то непостижимой целесообразности; и если принять во внимание то, что ранее было сказано нами о невозможности появления некоторых видов добра иначе, как через зло, и о необходимом следовании злого из других видов добра, – то эта непонятная вмешивающаяся целесообразность должна представиться нам некоторым могущественным и космическим законом, источник которого далеко от Мира человеческого и который непреодолимо управляет течением событий в этом Мире.
Польза и вред проявляются по преимуществу в государстве и им осуществляются, но также присущи и другим формам жизни и природе. Под пользою я разумею все формы добра, посредственно производимые, а под вредом – все формы зла, также не прямо производимые. Так, если из любви к ближнему я прямо помогу ему в нужде, то это будет актом нравственности; если же из политических соображений и нисколько не любя ближнего я ввожу такие учреждения, которые способствуют более равномерному размещению благосостояния в стране, понижая богатых и поднимая бедных, то этот поступок мой будет актом пользы. Или еще: рисуя картину, я воплощаю красоту или, издавая сочинение, открываю истину, – и эти поступки мои будут актами художественного и научного творчества; но если, будучи сильным и богатым человеком, я покровительствую искусству и науке, давая средства к жизни и свободному труду художникам и мыслителям, – то это будет актом пользы. Если я сам веду чистую, воздержанную и скромную жизнь, то это будет актом нравственным; но если я, будучи сам безнравственным и чувственным человеком, издал, напр., законы об отделении на фабриках мужчин от женщин и о недопущении на них работы малолетних, – то это будет актом пользы; и т. д. Вообще все, нелично творимое, и не необходимо по тому побуждению, которое есть прямая причина творимого (напр., чувство милосердия есть прямая причина милосердных поступков), но через другое посредствующее (напр., учреждения), по побуждениям ума и опираясь на его уменье – есть польза и вред.
