О Понимании полностью

С выполнением этой задачи будет выполнено все, что должна и что может выполнить история, как последняя ветвь Учения о мире человеческом. В своей художественной части она раскроет перед живущими, чье минутное существование возросло на прахе стольких народов и тысячелетий, чем был в свое время этот прах, какая жизнь билась в нем и какая судьба его постигла, – она даст понимание сущности того, что совершилось. В своей философской части объяснит она, почему иная судьба и не могла постигнуть народы, какая внутренняя необходимость господствовала над их жизнью – она же и порождала, она же и губила всякое явление в ней: здесь раскроется причинная связь в истории. Наконец, в своей последней части она оценит, сколько достоинства заключалось в той отошедшей жизни, как многим обязаны мы этому холодному праху, с каким уважением должны сохранять память о нем и, сами готовые присоединиться к нему, как бережно должны передавать его наследие тем, которые на жизненном пути готовятся заступить наше место.

И если когда-нибудь суждено будет появиться историку, – а возможно, что нить исторической жизни прервется и он не появится, – который выполнил бы все эти три задачи одинаково и совершенно; если бы в его распавшемся духе отразились и нашли отзвук все мысли, все чувства и все желания, которыми радовалось и страдало человечество, и все бы это он понял и оценил многовековую и изменчивую судьбу; если бы с этою художественностью в нем соединился такой светлый разум, что стало бы понятно ему все, что совершилось, и, проследив это совершившееся, он сказал бы, что в нем и не произошло ничего, кроме того, что должно было произойти, что нет в истории ни излишка, ни недостатка; и, наконец, если бы при этой силе понимания и при знании всей глубины порока и зла – что необходимо для понимания – в нем еще сохранилась та чистота души и те стремления к конечному доброму, без которых невозможно оценить нравственное значение совершившегося и придать нравственный смысл своему труду, – если, повторяем, когда-нибудь появится историк, который так полно вместит в себя жизнь человечества и так совершенно отразит ее в своем труде, – это будет совершеннейший человек, какого знает история, и им произведенное – лучшее и драгоценнейшее, что от нее останется.

Мы обозрели все формы Пониманиям и каково бы ни было то, что сказано нами в пределах каждой из них, самые пределы таковы, что через них никогда не переступит человеческий разум, но все, что он создаст в будущем, ляжет содержанием внутри их.