–За Победу! – нестройным хором отозвались соратники, вскочившие вслед за мной.
–А теперь закусим, перекусим, ещё выпьем и затем поговорим о делах наших скорбных, суетных и насущных, – беспечно произнёс я, вгрызаясь зубами в горячую и сочную свинину.
Все стали есть, на некоторое время за столом воцарилось молчание.
–Полковник! – решительно прервал я его.
–Да, Сир?
–И когда же наступит эта самая ваша Тьма, то есть, конец света?
–Через пять-семь дней, Сир. И вообще, уж извините меня, но Тьма не моя, она общая, – мрачно и безнадёжно произнёс ПОЭТ. – Эта зараза накроет и погубит всех.
–Согласен, но частично, – усмехнулся я. – Бог с нею, с Тьмой. Смоемся от неё на другой конец Вселенной через Пси-Порталы. Собственно, о чём я это говорю? На какой другой конец? Вселенная вроде бы бесконечна. Но я в этом очень серьёзно сомневаюсь. А может быть и зря… А, вообще-то ведь Вселенных или Параллельных Миров множество. Есть где укрыться.
–Каков, однако, поток сознания, Сир, – криво усмехнулась Седьмой Советник. – Извините, но откуда у Вас этот пунктик по поводу конечности Вселенной, или точнее – Космоса?
–Сударыня, не о том говорим! Государь, смоемся-то мы, смоемся, а Земля, а Глория? – насупился ПОЭТ. – А ГРАФИНЯ, а ШЕВАЛЬЕ, а БАРОН, а все остальные люди? Нехорошо как-то получается!
–Ну, кого надо, того я телепортирую, не беда, – беспечно ответил я.
–Разве это возможно, Сир? – удивился ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. – Вы способны создавать Порталы для обычных людей и телепортировать даже тех, у кого нет Пси-Матрицы?
–Я теперь многое чего могу. Где же БАРОН? – вроде бы совсем не в тему и не к месту произнёс я, и с досадой посмотрел на далёкий и пустынный берег, помолчал, а потом зло и сердито сказал. – Да шучу я! Всё я прекрасно осознаю и понимаю! Земля – мой дом родной и любимый. Людей, конечно же, жалко, и хороших и даже плохих.
–И плохих, Сир? – протяжно и насмешливо произнесла МАРКИЗА.
–Да, представьте себе! – вспыхнул я. – Живёт где-нибудь на Земле какой-нибудь мерзавец. Убийца, вор, насильник, маньяк, извращенец, душегуб конченный, без чести и совести. И родила от него ребёнка какая-то женщина, пусть даже им же изнасилованная. И вырос этот ребёнок и стал великим писателем, или поэтом, или учённым, или актёром, или врачом, или просто очень хорошим и порядочным человеком. Вот вам и душегуб, достойный презрения и смерти! И, вообще, кто дал нам право решать за всё человечество!?
–Сир, вот и я о том же! – обрадовано произнёс ПОЭТ. – Надо что-то делать! Немедленно!
–Не беспокойтесь, что-нибудь предпримем, – спокойно ответил я. – Ну, а пока между первой и второй перерывчик небольшой!?
–Сир!? – простонал ПОЭТ.
–За Армагеддон! Гори всё синим пламенем! Надоело всё! – беспечно и звонко произнесла МАРКИЗА.
–За надежду! – крикнул ШЕВАЛЬЕ.
–За Армагеддон, который не должен состояться! – улыбнулся ПРЕДСЕДАТЕЛЬ.
–За Армагеддон, который заставляет задуматься, ставит все точки над «и» и очищает! – рявкнул я.
Все, стоя, выпили, потом по моему знаку сели, продолжили трапезу.
–Господа! – услышал я милый моему сердцу голос.
–ГРАФИНЯ! – я поднялся с кресла, подошёл к девушке, взял её тонкую и невесомую руку, с волнением ощутил её нежное тепло, подвёл к столу.
–Господа, представляю вам мою придворную даму. Вернее, представляю её тем, кто с нею ещё не знаком, – я так пристально и хищно взглянул на МАРКИЗУ, что она вздрогнула, побледнела, слегка пошатнулась и опустила свои прекрасные и ясные очи ниц. – И так, господа. Перед вами Графиня Первой Провинции Первого Острова, Сюзерен Четырёх Горных Баронов, Владелица Земель от Первого до Четвёртого Пиков! Прошу любить и жаловать!
–Очень приятно, – ПРЕДСЕДАТЕЛЬ поцеловал у ГРАФИНИ ручку, порозовел и расцвёл на глазах. – Разрешите представиться, Герцог Первой Провинции Третьего Острова!
–Что!? – задохнулась от негодования МАРКИЗА и вскочила со стула. – Ах, ты…
–ШЕВАЛЬЕ! – рявкнул я и вскочил.
–Да, Сир!
–Отведите эту даму в нижнюю каюту. Она явно нездорова!
–Слушаюсь, Сир! – юноша быстро подошёл к Седьмому Советнику, как бы невзначай дотронулся до меча. – Сударыня!?
–Что!?
–Милая моя, – произнёс ПРЕДСЕДАТЕЛЬ таким тоном, что даже у меня мурашки поползли по спине. – Выбирайте, драгоценная вы наша. Пси-Сублимация или трюм!?
МАРКИЗА побледнела, протянула ШЕВАЛЬЕ дрожащую ручку.
–Проводите меня, Барон. Я себя сегодня не очень хорошо чувствую. Мигрень, знаете ли…
–С удовольствие, сударыня. Почту за честь! – юноша щёлкнул каблуками и заметно покраснел.
Когда сладкая парочка удалилась, все присели обратно за стол.
–Дорогая, покушай немного. Но только не перебарщивай. Силы надо восстанавливать постепенно, не торопясь, – ласково произнёс я. – Поспешишь, врагов насмешишь.
–Спасибо, Сир, – слабо улыбнулась бледная девушка. – А кто это такая была? Ну, – эта нервная дама?
–Не обращай на неё внимание, милая, – тонко улыбнулся я. – Она из свиты Герцога, очень вздорная и взбалмошная натура. Представляешь, её вот совсем недавно бросил любовник!
–Да, это неприятно… Я понимаю её состояние, бедненькая.
–Ещё как неприятно, – ухмыльнулся ПОЭТ.
