–Нет, такого агрегата не имею по принципиальным соображениям, но под нами располагается глубокий погреб, – улыбнулся ТОСИНАРИ. – Мне этого вполне хватает. А вообще, тёплый сакэ пьётся намного медленнее, чем холодный, а, следовательно, объём его потребления значительно уменьшается, что благотворно сказывается на нашем организме. Вернёмся к теме лукавства, которую ты только что затронул.
–Всё-то Вы помните, Учитель, – ухмыльнулся я.
–Да, почти всё. Но, увы, хорошая память имеет очень существенный недостаток.
–И какой же, Учитель?
–Тот, кто многое помнит, и подчас не всегда приятное, порой очень плохо спит…
Мы помолчали, задумались, загрустили…
–Согласен с Вами, Учитель, – поморщился я. – Но, до недавних пор, я по наивности полагал, что нет ничего хуже плохой памяти. Как я был тогда неправ, счастлив и глуп…
–Вернёмся к нашей теме.
–Что Вы имеете в виду, Учитель?
–Ну, я проблеме добра и зла в глобальных масштабах, а не на уровне сакэ или виски.
–Учитель, но Вы прекрасно понимаете, что большое глобальное зло всегда вырастает из маленького, – ухмыльнулся я. – Выпил человек пару рюмок, – ему понравилось. Стал употреблять спиртное каждый день, – понравилось ещё больше. Когда-то милый, умный и добрый индивидуум вдруг превращается в монстра: пьёт, пьёт и пьёт всё больше и больше! Он перестаёт контролировать себя, теряет друзей, жену, любовниц, работу, врезается в столб на дорогом «Феррари», страховку на которого забыл продлить. Он учиняет скандалы, разрушает семью, плюёт на всё, полностью и бесповоротно отдаётся своей пагубной страсти и в конце концов кого-то убивает или калечит, или совершает ещё что-либо пострашнее. А потом уходит в небытие!
–Все мы рано или поздно уходим в небытие.
–Или, вот пример. Живёт на этом свете милый и добрый человек. Никого, так сказать, не трогает. Но вдруг вовлекают его в какую-нибудь секту или террористическую организацию. Работают с ним тонко и искусно, умно. Постепенно и ненавязчиво одурманивают сознание, в конце концов делают из него истового фанатика, способного на всё! И вот когда-то самый настоящий божий одуванчик превращается в монстра. Он взрывает себя в толпе людей или поджигает церковь с верующими, которые молятся другому Богу!
–Как ты, однако, всё красочно описал! – улыбнулся ТОСИНАРИ. – Возвратимся к алкоголику. Ты сказал, что кроме убийства он может совершить что-либо пострашнее. А что, по-твоему, может быть страшнее самого кровавого убийства?
–Многое… Измена Родине, например. Или, – зловеще ухмыльнулся я, – представьте, что этот окончательно спившийся тип прямо в центре Лондона насилует Королеву Англии, да ещё и в извращённой форме!
–Боже мой, тьфу, какой ужас!
–Ну и я об этом самом, – я посмотрел на стену, которая была украшена картиной горы Хиэй близ Киото с храмом Энрякудзи, одним из главных оплотов Буддизма. – Учитель, почему именно Хиэй, а не Фудзияма?
–Фудзияма – это банально, – поморщился ТОСИНАРИ. – Ты больше не Буддист?
–Нет, в принципе, я им остался до сих пор, но есть в этом мире вещи, сущность которых можно осознать и понять только в том случае, если вникать в неё чистым разумом, свободным от определённых догм. Любая религия, увы, зиждется на них и следует им. Мне это не нравится… – вздохнул я.
–Возможно, ты и прав, – задумался Учитель.
–Вы что-то упоминали о виски, Учитель?
–Ты не исправим! Виски есть, но льда нет! – сердито нахмурился ТОСИНАРИ.
–Зачем лёд холодному виски, Учитель? – грустно усмехнулся я. – Это как, находясь посреди Гренландии, мы бы притащили туда холодильник с дизель-генератором. У вас же имеется погреб.
ТОСИНАРИ лукаво улыбнулся краешками глаз, щёлкнул пальцами. Из-за бамбуковой занавески мгновенно появилась молодая японка в алом кимоно. Я вздрогнул, напрягся. Да, мистика какая-то. Снова алый цвет. Девушка исчезла так же быстро, как и появилась.
–Рекомендую, – красавица, умница, рукодельница, – пристально и очень внимательно взглянул на меня ТОСИНАРИ.
–Нет, благодарю, Учитель. Я однолюб…
–Ой, ли!? – мудро и насмешливо посмотрел он на меня. – Не верю! Жизнь хороша только тогда, когда предполагает разнообразие.
–Я думал об этом недавно, Учитель.
–И к какому выводу ты пришёл?
–Всё та же золотая середина, Учитель, – усмехнулся я. – Стабильность и постоянство следует периодически смешивать в одном котле с непредсказуемостью и случайностью.
–Абсолютно верно сказано, – ТОСИНАРИ с наслаждением отхлебнул чай, закрыл глаза.
Мы некоторое время помолчали, вслушиваясь в идеальную тишину за окном дома и внутри него.
–Как ты живёшь, каковы твои идеалы, цели, желания и стремления? Чем занимаешься?
–Живу, как все, – уклончиво ответил я. – Ну, а что касается целей… Смеяться не будете?
–Ты же знаешь, что я никогда не смеюсь, только усмехаюсь, – ТОСИНАРИ очень внимательно посмотрел на меня.
–Так вот! Первая и главная моя цель на сегодняшний день – познать суть Вселенной и отыскать её край.
–Ну, это, вообще-то, две цели, – морщинки взорвались в краешках глаз Учителя и разбежались по всему лицу.
