О себе полностью

Мать (вынимая что-то из кармана). Аникин, что это?

Отчим . По-моему, это шпилька.

Мать . Так. Я нашла ее на полу.

Отчим . Он вроде не мальчик.

Мать . Не в этом дело. Я удивляюсь, что ты ничего не видишь. Он стал очень странный. Эта беготня к телефону… Он влюблен! Неужели ты не видишь! А я совершенно не знаю, кто она! (Нюхает ветку эвкалипта. Торжествующе.) Так вот! (Выдергивая ее из вазы.) Значит, от этой страшной ветки пахло клопами! Ее нужно немедленно уничтожить. (Выходит.)

Звонок телефона. Евдокимов и отчим бросаются к телефону.

Евдокимов ( успевая раньше). Алло! (Мрачно.) Вас. Отчим (берет трубку). Здравствуй, Николай!.. Понимаешь, комическое обстоятельство. ( Замолкает, выслушивая поток слов собеседника. ) Ну, спасибо, спасибо. (Кладет трубку, уходит.)

Возвращается мать.

Мать . Ты положил в чемодан зубную щетку?

Евдокимов . Положил.

Мать . Боже мой, пятнадцать минут двенадцатого. Нужно что-то тебе сготовить. Куда-то девались все сковородки. После лета все сковородки куда-то исчезают. Ты понимаешь, кажется, Аникина все-таки изберут.

Евдокимов . Меня это мало интересует.

Мать . Тебя сейчас ничего не интересует. Евдокимов. Здесь стояла ветка. Куда ее дели? Мать. У нее был клопиный запах. Я ее выбросила. Евдокимов. Это была моя личная ветка! И я никого не просил!..

Мать . Ну, ладно… Ладно…

Молчание. Он собирает чемодан.

Элик!

Евдокимов . Да?

Мать . Мы с тобой редко разговариваем. Я всегда занята. Я, наверное, неважная мать. Но я бы хотела, чтобы ты мне ее показал.

Евдокимов . Кого?..

Мать . Ее… ее. (Выходит.)

Евдокимов один. Часы бьют половину.

Евдокимов (грустно усмехается). Все… Мать (входя). Одну сковородку я обнаружила в ванне. Почему?.. Ну, серьезно, Элик, я хоть раз ее видела? Евдокимов. Кого?

Мать . Ну, ее… которая сюда приходила.

Евдокимов . Не нужно, мамочка. Чушь все это. Приходила, уходила… Одна, другая… все это несерьезная чушь. (Уходит.)

Мать . Аникин! Аникин!

Из своей комнаты выходит отчим.

Неужели я опять ошиблась?

Отчим . Нет. Федосевич слишком молод… Они это не любят… (Трагически.) Но Попов?!

Мать (трагически). Он, кажется, ни в кого не влюблен!

Отчим . Ну вот и хорошо, а ты волновалась.

Мать . Что ж тут хорошего, Аникин? Ну почему он такой? Ну почему он не умеет любить?!

Затемнение.

Парадное дома Евдокимова. В парадном Наташа, в форме и с чемоданчиком. Стоит, прислонясь к клетке лифта. Надпись «Лихта не работает». По лестнице спускается Евдокимов, тоже с чемоданчиком. Они стоят и смотрят друг на друга.

Евдокимов . Ясно.

Наташа . Я просто проходила мимо и решила… Евдокимов. А позвонить ты не могла? Наташа. Понимаешь, я не знала, удобно ли это. Я как раз по лестнице поднималась… Там к тебе кто-то приехал… Я и решила подождать здесь… немного. Евдокимов. Значит, ты ждешь два часа? Наташа. Два или двадцать два… не помню и не важно.

Евдокимов . Я люблю тебя, Наташа.

Наташа (почти испуганно). Что ты?

Евдокимов . Я очень люблю тебя.

Наташа . Ну, тише, тише… А наверное, справедливость все-таки есть. Я загадала: если мы с тобой встретимся сегодня, значит, есть справедливость.

Евдокимов целует ее.

Ну, не надо. Ну, не хочу я… Ну вот, всегда ты пользуешься своей силой.

Он целует ее.

Наташа . Да не любишь ты меня. Ты просто так, «чмокальщик». Ну целуй! Целуй! Все равно тебя брошу. И мы совсем не подходим друг к другу.

Он целует ее.