Отец дрожал, будто он нагой лежал в снежном лесу. Ветер завывал за окном. Деревья колыхались, услаждая буйную ночь.
– Сьенар, попей чаю, пожалуйста! Не пугай меня, я вызову скорую!
– Пожалуйста, не уходи. Просто побудь со мной.
– Но… Хорошо, я согрею тебя.
На улице прогремело. Приближалась гроза. Мама и отец сидели в обнимку. Приоткрытое окно било по стенке старой съемной квартиры.
– Держись, родной, держись, я никуда не уйду, никогда тебя не оставлю! – Мама прижалась к отцу.
Дверь квартиры со скрипом отворилась. Из коридора, ведущего в ничто, пришел испуганный маленький Сик.
– Мам, что с тобой? – Сик подбежала к маме.
– Твой папа, он совсем разболелся, не видишь что ли? Пожалуйста, вызови скорую!
Сик остался на месте. Его влажные глаза потухли. Он чувствовал, как зудят шрамы на сердце.
– Мама. Он погиб. Уже давно. Папы давно нет.
– Ты врешь! Врешь! Он здесь! Передо мной!
– Мама. – Маленький Сик заплакал.
Мама крепко обняла сына.
– Когда-нибудь у тебя появится своя семья, Сик. – Мама взяла себя в руки. – Защищай ее. Никогда не поднимай руку на родных. И иди вперед всем смертям назло. Пожалуйста, сын, сделай то, что не смогли мы. Защити их.
***
Память начала подводить Сика. Шея, руки, грудь. Все горело. Все раны, из которых торчали провода и железные пластинки, зудели и напоминали о том, что Сику недолго уже осталось. Ночью началась сильная метель. Над входом в бар висела неоновая вывеска «NастойKа». Сик сжал кулаки и вошел внутрь.
Интерьер был сделан в стиле лофт. Как ни странно, посетителей было не так много. Повезло. Сик подошел к барной стойке и уставился на бармена. На все помещение играла старинная дункъельская народная баллада «О трех рыцарях и вороне».
– Чего налить, котяра? – Усатый мужчина протирал бокал.
– Мне бы понюхать.
– Это не ко мне.
– Я от Мерсии.
Бармен наклонился к Сику.
– Тише, тише. Не ори на весь бар. Чем докажешь, что от нее?
–
– Вот это уже дело. – Бармен улыбнулся. – Я Веронд.
– Я бы предпочел остаться инкогнито.
– Покупатель всегда прав, пока он платит. Пойдем. Но сразу предупреждаю: в долг не даю. Понял?
– За кого ты меня принимаешь?
– Не выебывайся, котяра. Тут все так себя ведут поначалу. Я объясняю тебе правила. Твоя задача: их запоминать. Усек?
– Да.
– Молодец.
Сик и Веронд прошли в дверь, расположенную за барной стойкой. Здесь было очень холодно. Пройдя вперед до конца коридора, Веронд остановился и показал на дверь.
– Товар там.
– Понял.
Бармен дернул за ручку и открыл дверь. В помещении сидели два бандита. Обоим было, на вид, лет под пятьдесят. Небритая щетина, тупорылый взгляд. Один был одет в пиджак, серую майку, брюки и кепку-хулиганку. На втором была только белая майка, треники и черная шапка. Сик огляделся в коридоре и вошел в комнату. За ним зашел Веронд и захлопнул дверь.
– Чего надо, нарик? – Спросил бандит с кепкой-хулиганкой.
– «Белосон».
– Ядреная хуйня. Достать тяжело, провезти неебически тяжело, продать нереально. Цена будет баснословная.
– Я принес деньги.
– Раз принес, так отдавай.
Сик поставил на пол кейс и посмотрел на бандитов.
– Открывай, чего сидишь, как курица на яйце.
Сик набрал код и открыл кейс. Внутри помимо пачек денег лежал новенький пистолет «Коральн». Скьяльбрис поднял глаза на бандитов. Они посмотрели друг на друга непонимающими взглядами.
– Чего это ты за хуйню нам приволок.
– Я принес вам войну.
Несколько приборов на шее Сика замигали. С нечеловеческой быстротой он схватил пистолет, поднял его и нацелил в голову бандита с кепкой-хулиганкой. Через мгновение мозги преступника стекали по стенке, а из его рта хлыстала кровь. Сик ударил локтем стоящего за ним бармена, и тот, вскрикнув, упал на пол с разбитым носом. Второй бандит попытался быстро выхватить оружие, но едва он к нему притронулся, как тут же получил целую обойму в грудь.
