Герман приблизился к ней и за руку потянул к себе.
- Давай сядем и просто поговорим. Это Жданов? Да? Не надо. Не отвечай. Я знаю, что это он. Просто пойми, у тебя нет с ним будущего. Он живёт одним днём, а главное - он никого не ценит и не уважает. Вспомни хотя бы о Кире.- Полянский говорил вкратчиво, гипнотизируя взглядом.
- А твоя любовь пройдёт. Обязательно пройдёт. Это нормально, когда молодая девушка влюблена в своего начальника. Тем более, я знаю, как Жданов умеет пускать в ход свое обаяние. - Герман рассмеялся.
- Знаешь, в университете у меня была девушка. Звали её Марина. Так, вполне обычная, но что-то в ней было такое. Я влюбился как мальчишка, ходил за ней, цветы дарил. А Жданов однажды вечером просто подъехал к ней на своём новеньком Porsche, у него тогда девятсот одиннадцатый был, и увёз. Знаешь, Павел Олегович для единственного сына ничего не жалел, а Андрей всегда любил спортивные машины. Самый первый из наших пересел на иномарку. Самый первый купил Porsche. Любил в университет приехать покрасоваться на своей очередной тачке. Одну машину они с Малиновским разбили, врезались куда-то, когда ехали ночью из клуба. Так отец ему купил новую, еще дороже. Он тогда очень поднялся в девяностые на пару с Воропаевым. Деньги крутились у них огромные. Так вот, на следующий день он сделал вид, будто Марину не знает. Они вообще это регулярно практиковали с Ромкой. А она страдала, преследовала его, а потом учёбу забросила и её отчислили. С Андреем мы перестали общаться на какое-то время, но потом всё равно продолжили дружить. Он же не виноват, что она тогда выбрала его. - Герман сделал паузу и безнадёжно добавил-И в этот раз не виноват…
- Я немного прогуляюсь, Катюш.
Полянский встал и вышел из Катиного номера. Они жили в разных номерах, как он и обещал Валерию Сергеевичу перед отъездом.
Катя легла на кровать, прокручивая в голове только что услышанный рассказ. Вспомнился день, когда Андрей попросил её рассортировать список женских номеров в его потайном мобильном. Ничего особенного, всего то надо было разделить эти номера на три списка-белый, серый и чёрный. Для белого он был всегда доступен, для серого пребывал временно в Гонолулу, ну а в чёрном списке находился отработанный материал, а именно, нимфы, которым теперь оставалось только хранить образ Андрея Жданова в своих воспоминаниях.
От этих мыслей стало не по себе. По привычке зарывшись в одеяло, Катя снова начала терзать себя бесконечными размышлениями об Андрее.
Она уже пожалела, что приехала сюда. Нет, конечно, ей очень понравилась эта поездка, но в то же время, она понимала, что дала Герману еще одну надежду, а оправдать этих надежд у неё не получится. Она убежала сюда от Андрея, но её сердце отказывалось подчиняться. Уже которую ночь Кате не спалось, она прокручивала в голове их последний разговор в каморке, когда Андрей так хотел объясниться с ней.
“Господи, как же хочется верить. Но почему же мне так страшно? Почему я боюсь быть с ним? Почему его душа подобна тёмной пещере, куда нужно идти наощупь, наугад…где можно обрести счастье, а можно найти свою гибель.” - Который день эти мысли не давали Кате покоя. Хотелось всё бросить и вернуться в Москву.
Долетели хорошо. Герман весь полет старался отвлекать Катю беседами, зная, что та боится летать.
Они решили остаться друзьями, сохранить всё то тепло, что накопилось между ними за время их общения.
Ведь если человек тебе дорог, главное, чтобы он был счастлив, а Полянский искренне желал Катерине счастья. Конечно, в глубине души он надеялся, что Жданов неминуемо оступится, ошибётся, тогда то он и окажется рядом, защитит и утешит.
Родители встречали Катю в аэропорту, приглашали Германа на ужин и очень расстроились, когда тот отказался, сославшись на неотложные дела.
Когда девушка оказалась наконец-то дома, в своей уютной комнатке, на старом диванчике, она открыла свой дневник и долго всматривалась в строчки, написанные ею ранее. Желание позвонить Андрею сидело в ней всю неделю, но решимость пришла спонтанно. Она вскочила с дивана и схватила мобильный телефон. Набрав номер, который помнила наизусть, Катя зажмурила глаза в ожидании услышать такой родной бархатный баритон.
- Алло! - Резко ответил раздраженный женский голос.
Катя совершенно растерялась, руки задрожали, а во рту пересохло.
- Могу ли я поговорить с Андреем Ждановым? - Выпалила Пушкарёва.
Ёе уже била внутренняя дрожь.
- Вы на часы смотрели? Кто это говорит? Он в душе вообще-то.
Катя нажала на кнопку отбоя и снова села на диван.
” Ну что, Пушкарёва, давай, ещё заплачь!” - Ругала себя Катя.
“Ты думала, что пока ты катаешься на лыжах, он будет тебя ждать и страдать? Глупая и наивная Пушкарёва. Годы идут, а ты не меняешься.”
Решив попробовать поспать после полёта, она выключила мобильный и забралась под одеяло.
Немного протрезвевший Андрей вышел из душа. Анжелика, одна из ведущих моделей Милко, была ещё в его в квартире.
- Ты ещё здесь? - Резко спросил Жданов.
- Андрюша, просто Рома просил, чтобы я за тобой присмотрела. Ты очень много пьёшь в последнее время.
