– И то, что вы остались без средств и тут же нашли, откуда их взять, само за себя говорит. Просто вам потребовались деньги, вы пошли и убили даргов, что на дюне целый месяц сидели.
Геодезист покосился на неё неодобрительно.
– В общем, вы осторожный, спокойный, хладнокровный человек, который способен на серьёзные поступки. Не появись вы тут, я бы никогда и не подумала бы, что осмелюсь такое затеять.
– Ах, это я, оказывается, ваш катализатор. – Говорит он.
«Зараза, что за бабёнка такая хитрая. Не зря её торговка Проказой называла. Оказывается, вот как я выгляжу со стороны».
Горохов вздохнул. Он же себя совсем другим человеком пытался выставить.
А она всё не могла сидеть спокойно:
– Ну, так вы берётесь за дело?
«Быстрая какая, так дела не делаются, тем более такие серьёзные, стоимостью тысячу».
– Мне нужно подумать. – Сказал геодезист.
– Брин через два дня вернётся. Думать некогда.
– Думать нужно всегда, даже когда некогда. – Говорит он нравоучительно. – Через четыре часа встретимся у вас в банке.
– Хорошо. – Сказал она и допила водку.
А он так свою и не выпил. Ему и вправду нужно было подумать, а думать он предпочитал на трезвую голову.
Он вышел на улицу и первым делом пошёл к Валере, к этому странному человеку.
Конечно же Валера дверь открывать не хотел, сидел тихо. Но Горохов громыхал и громыхал по жестяной двери рукоятью обреза.
А когда грустный Валера дверь всё же открыл, так пускать внутрь Горохова не хотел. Тому чуть не силой пришлось входить.
Внутри были всё те же. Один из них плавал в ванне, двое других держали оружие, хотя у одного из них рука ещё явно не зажила.
У геодезиста и тени сомнений не возникло, что, если нужно, они будут стрелять. Это читалось на их лицах.
– Ребята, я знаю, кто вы. – Сказал Горохов, присаживаясь на край стола.
– Эти люди в-в-вэ… – Начал заикаться Валера.
– Этих людей расстреляли бандиты Ахмеда, – продолжал Горохов. – И сдаётся мне, что он очень хочет их найти.
– Чего тебе нужно, мужик? – Спросил тот, что не получил ни одного ранения. Он крепко держал шестизарядный дробовик.
– Двадцать килограммов алюминия, шесть кило меди, восемь кило свинца и полтора килограмма олова – ваш товар?
– Допустим, и что? – Спросил тот, что был ранен в руку.
– Вам за него банкир две тысячи предлагал?
– А почему ты интересуешься?
– Просто интересуюсь, кажется мне, что обошлись с вами несправедливо.
– Их ищут и хо-хо-х… – Снова начал Валера.
– Хотят убить. – Закончил за него Горохов. – Это понятно.
Он повернулся к Валере:
– Слушай, друг, выйди, а? Мне с ребятами поговорить нужно.
– Но это мой до-до-до-о…
– Да, знаю, это твой дом, – Горохов стал выпроваживать его, – Валера, пять минут. Прошу, побудь на улице пять минут.
Он вытолкал генетика на улицу и запер дверь. Несмотря на то, что два ствола были направлены в его сторону, он спокойно уселся на край стола:
– Вот думаю я забрать вашу цветнину у банкира. Некультурно он обошёлся с вами, а мне как раз деньги нужны.
– Некультурно, – зарычал тот, что был здоров, – да мрази они –четырёх ребят таких положили…
– Так водку не нужно было жрать халявную и начеку нужно было быть, взрослые люди, видно, что не первый раз в степи, а повели себя как дети, – вдруг зло заговорил Горохов. – Вот и получили то, что заслужили.
– Чего? – Ещё больше разозлился мужик. – Да я…
– Да заткнись ты, Миша, помолчи хоть минуту, – осадил его раненый и повернулся к Горохову. – Мужик, так что тебе от нас нужно?
– Что нужно? – Горохов помолчал. – Вот, что я скажу вам, Паша и Миша… Поможете у банкира, который вас кинул, цветнину забрать, отдам вам тысячу рублей.
– Мы с банкиром на две договаривались. – Сказал злобный Миша.
– Я вижу, как вы договорились, – геодезист кинул на того человека, что плавал в ванне. – Просто большего я дать не могу, я работаю в паре, тот человек, что помогает мне, хочет тысячу. Тысячу ему, тысячу вам. Да и раньше две тысячи на семерых нужно было делить, а теперь вы на троих поделите.
– А семьям ребят, что с нами шли? – Бубнит Миша.
– Всё, что могу вам предложить – это тысячу рублей. – Закончил торг Горохов. Ему не хотелось торговаться. – Да-да, нет-нет.
– Тысячу нам, тысячу твоему человеку, а тебе что? – Спрашивает Паша.
– А мне, – Горохов ухмыльнулся, – глубокое моральное удовлетворение.
– Я серьёзно, – говорит раненый.
– И я серьёзно, вы обо мне не беспокойтесь, я сам о себе побеспокоюсь.
– Подозрительно это всё, и сам ты подозрительный. – Говорит Миша, так и не опуская дробовика.
– Ну, не без этого, согласен, – кивает Горохов, – только вам бы подозревать всех нужно было, пока вас в кабаке не расстреляли. Кстати, вы хоть отвечали?
– Отвечали, как могли, – говорит злой мужик.
– Мишка одного хлопнул, вроде.
– Ну, хоть так, хоть так. Значит, в принципе, вы согласны на тысячу?
– Надо ещё детали знать. – Говорит Мишка.
– В принципе, согласны. – Говорит раненый Паша.
– Детали я расскажу потом, – Горохов встаёт и идёт к двери.
– Слышь, мужик? – Окликнул его раненый.
– Ну, – геодезист остановился у двери.
– А чего ты Валеру выгнал? Он, вроде, мужик нормальный, нас ищут, а он нас не сдаёт.
