— Больше, чем другим кузенам Гитоот. Деклан и Филиппа заключили между собой соглашение. Она поддерживает его попытки стать наследником, а когда он станет королем Воллина, то отдаст ей замок Амброуз на юге.
Брин сжал руку Рангара.
— Тогда, если ты веришь, что Деклан станет хорошим правителем, нет причин не поддержать их и не получить в ответ их помощь. Нам пригодится любая поддержка, если барон Мармоз уже здесь и разговаривает с королевой Амелией.
Вскоре прибыли слуги с их вещами, водой и мылом, чтобы помыться, а также едой и вином. Хотя Рангару не терпелось поскорее встретиться с Амелией, Брин убеждала его не торопиться. Она сняла с него пыльную дорожную одежду и вымыла его покрытое шрамами тело, а затем велела ему есть и пить, пока она купается сама.
Он оторвал кусочек от маленькой буханки хлеба с травами, наблюдая, как она переодевается в одно из платьев, присланных Филиппой.
— Лорды и леди, здесь так много кружева, — пробормотала Брин, путаясь в нитках. — Как справляются женщины Воллина, перевязанные шнурками, словно вареные куры?
Рангар сделал глоток вина, не сводя глаз с обнаженного декольте Брин, пока она боролась со сложным платьем.
— А знаешь, это поднимает мое настроение.
В ответ на его хриплый голос она бросила на него неодобрительный взгляд.
— Сейчас не время для флирта.
— Это ты сказала, что нам нужно отдохнуть. Что я должен успокоиться. — он откинулся на стуле, позволяя своему взгляду скользить по ее телу. — Ты знаешь, как лучше снять мое напряжение.
Ей удалось завязать последний шнурок, и она оценила свой успех в зеркале, поправляя затейливое платье на груди. Убедившись, что выглядит вполне презентабельно, она подошла и села к Рангару на колени. Обняв его за плечи, она поддразнила:
— Вряд ли королева сочтет нас воспитанными, если от нас будет пахнуть недавним соитием.
Рангар прижался к ней бедрами.
— Тогда тебе нужно перестать говорить об этом, моя сладкая.
Она взяла с подноса финик и сунула ему в рот.
— Вот. Пусть это удовлетворит твою тягу к сладкому до тех пор, пока мы не поговорим с королевой.
Он нахмурился, когда Брин слезла с его коленей и подняла его на ноги. Она расправила его одежду — чистую белую рубашку и темно-синие брюки, а затем вынула их короны из сумок. Подошла к зеркалу и нацепила свою.
— Вот. — затем Брин водрузила на его голову корону. — Теперь король Рангар из Берсладена готов обратиться к королеве.
Следуя указаниям слуг, они прошли по просторным коридорам дворца Гитоотов, пока не добрались до дверей библиотеки, подпертых маленькими статуэтками дельфинов. Не успели они войти, как в холл выбежала маленькая собачка и зарычала на них.
Брин затаила дыхание.
— Это одна из его собак, — прошептала она, обращаясь к Рангару.
Рагнар зарычал на собаку в ответ.
Из библиотеки донеслось тявканье, а затем мужской голос.
— Нарцисс, вернись! — маленькая собачка, тявкающая у ног Брин, сделала круг и вбежала обратно в библиотеку.
Брин напряглась, прежде чем войти. «Это был голос барона Мармоза… я узнала бы его где угодно».
Она почувствовала, как Рангар напрягся рядом с ней, и успокаивающе сжала его руку.
— Помни, — прошептала она, — манеры превыше всего.
Его челюсть напряглась, когда они вошли.
Библиотека дворца Гитоотов представляла собой красивое, просторное помещение с высоким потолком и высокими стеклянными окнами, защищавшими книги от океанского бриза. Тысячи томов выстроились вдоль стен, у окон стояли столы, а возле незажженного камина располагалась зона отдыха.
Королева Амелия сидела в кресле с высокой спинкой у камина с чашкой чая. Ее седые волосы были собраны на макушке в попытке скрыть поредевшие локоны. Ее кожа была сморщенной, как шелк, оставленный надолго в сундуке, и такой тонкой, что на руках виднелись голубые вены.
Напротив нее сидел барон Мармоз, поглаживая одну из своих собак. Он выглядел совсем не так, как много месяцев назад, когда Брин в последний раз видела его на Собрании Солнцестояния, где он намеревался сделать ей предложение.
Его смуглая кожа и волосы резко контрастировали с элегантной белой одеждой с толстыми манжетами, характерной для богатства Румы. Когда-то она считала его достаточно красивым мужчиной, хотя он был старше ее на десять лет и уже начал седеть, но сейчас он вызывал у нее лишь отвращение.
Королева и барон обернулись на звук их шагов. Глаза королевы Амелии были затуманены и отрешены от возраста, но острый взгляд Мармоза пронзил Рангара и Брин.
Что за эмоция отразилась на его лице? Удивление? Ярость? Возможно, даже азарт перед вызовом?
Королева Амелия повысила свой звонкий голос, оглядывая библиотеку.
— Филиппа? Это ты?
Придя в себя, Брин выпрямилась.
— Королева Амелия. — она отвесила преувеличенно глубокий поклон, чтобы зрение старухи уловило движение. — Я — королева Брин Барендур из Берсладена, в прошлом леди Брин Линдейн из Мира. Мы уже имели удовольствие встречаться на собраниях моей семьи, хотя и мельком. Я прибыла со своим мужем, королем Рангаром Барендуром из Берсладена.
