Несколько недоверчивых взглядов обратились к Рангару и Брин.
— Да перестань ты, Эстер! — огрызнулась трактирщица. — Мара могла бы умереть, если бы они не использовали магию!
— Ты этого не знаешь, — твердо сказала пожилая женщина, натягивая шаль. — Мы не знаем, что задумали боги. Магия должна принадлежать им, а не нам, земным существам.
— Что ж, если боги хотели, чтобы Мара получила ужасные ожоги, то черт бы побрал богов, а я сохраню свои магические знаки!
Жители деревни начали спорить об использовании магии, и Рангар положил руку на спину Брин, прошептав:
— Думаю, нам пора уходить. Сейчас же.
Учитывая слабость Брин, она была не в том положении, чтобы спорить с Рангаром. Ему пришлось практически на руках вынести ее из таверны, пока жители деревни продолжали спорить.
На сеновал амбара вела лестница; Рангар взглянул на нее и перекинул Брин через плечо, чтобы можно было забраться обеими руками. Когда они добрались до верха, он опустил ее на одеяло, которое трактирщица расстелила на соломе.
— Уф! — воскликнула Брин, когда вокруг нее поднялось облако соломы. — Рангар, я бы и сама справилась с лестницей.
Он присел перед, чтобы проверить пульс.
— Тебе нужно отдохнуть. Усиливающее заклинание истощает.
— Как и тебя.
— Не так сильно, как тебя. Ты произносила заклинание.
— Ну, я в порядке.
В сарае было прохладно, несмотря на одеяло и сено. Ее организм был истощен, и она не могла сдержать дрожь.
— Ты же слышала, что те жители говорили о магии. Они не доверяют ей даже ради спасения жизни маленькой девочки.
— Не все.
— Да, но достаточно, чтобы это стало проблемой.
Рангар опустился на одеяло рядом с ней и достал флягу с бренди. Передав ее, он сказал:
— Мы будем во дворце Гитоотов завтра, намного раньше прибытия других королевских семей. Мы поговорим с королевой Амелией и покончим с этим антимагическим настроением. Обещаю, мы сможем переломить ситуацию.
Бренди обожгло горло Брин, но, по крайней мере, согрело ее желудок.
Они провели ночь, свернувшись калачиком под медвежьей шкурой Рангара, прислушиваясь к храпу скота в сарае внизу. Сны Брин были омрачены образами ведьм, которых обжигали кипятком. Утром Рангар оставил горсть монет у задней двери таверны, и они ушли, никого не предупредив, опасаясь, что их присутствие только усилит разногласия в деревне по поводу магии.
Легенда и Сказка хорошо отдохнули, и Брин с Рангаром быстро проехали по равнинной местности Воллина. С океана дул прохладный ветерок, когда дорога повела их к побережью. Они поднялись на небольшой холм, и перед ними открылся вид на море.
Брин остановила Сказку, глядя на океан, и почувствовала, что ее охватывает благоговейный трепет. Прожив большую часть своей жизни далеко в глубине страны, она никогда не уставала смотреть на бескрайние водные просторы. Здесь земля плавно переходила в ровный песчаный пляж, который, в свою очередь, открывался сверкающим бирюзовым волнам, усеянным тут и там рыбацкими судами.
— Это побережье так отличается от побережья Берсладена, — заметила она, прислушиваясь к крикам чаек вдалеке.
— Широкие пляжи имеют свои преимущества, — согласился Рангар. — Гораздо легче заметить приближающиеся вражеские корабли. А ловить рыбу гораздо проще — достаточно зайти в воду и закинуть сеть. И все же я бы ни на что не променял наше скалистое побережье. Эти волны слишком тихие.
Тихое шуршание далеких волн было ничто, по сравнению с грохочущими приливами Барендур Холда, но Брин находила их успокаивающими.
— Там. — Рангар указал на башни, возвышающиеся над терракотовыми крышами соседнего города. — Дворец Гитоотов.
Подстегнув лошадей, они помчались к городу. Дворец представлял собой красивое, разросшееся строение из песчаника с большой куполообразной башней, выкрашенной в желтый цвет, а другая часть — в сумрачно-красный, так что в этом месте царила расслабляющая, но в то же время причудливая атмосфера. Он стоял на обрыве над плещущимися волнами.
Дорога привела их к обширному городу Серра, столицу Воллина, шумный прибрежный порт, полный рыбных рынков и торговцев солью. Высокие пальмы раскачивались над головой, давая тень улицам внизу. Рангар сбросил свой плащ из медвежьей шкуры, завязав его на спине Легенды. В воздухе ощущался легкий мороз, но в это время года здесь было гораздо теплее, чем в холодном Берсладене.
Когда они подъехали к воротам дворца Гитоотов, Рангар сошел с коня и обратился к стражникам.
— Я — король Берсладена Рангар Барендур, а это моя жена, королева Брин Барендур. Мы прибыли для великой встречи.
Стражники низко поклонились, но переглянулись между собой, словно сомневаясь. Брин охватило тревожное предчувствие. Неужели стражники сомневаются в них? Или здесь дело в чем-то еще?
— Покажи им нашу эмблему в качестве доказательства, — сказала она, а затем сама повернулась лицом к стражникам. — Мы хотели, чтобы нас не беспокоили во время нашего путешествия, поэтому приехали в простой одежде и без кареты.
