Но, как ни крути, магия — сила. Хотя оба мага против своей воли ехали в Лагерь Странников, они сумели заставить остальных подчиниться и соблюдать минимальные правила конспирации.
Один Риуга, казалось, был доволен происходящим. Впрочем, Фергюс считал, что этот молодец радуется любому конфликту между Посвящёнными. Более того, он постоянно стонал и вздыхал, что болят его раны, всё ему неймётся и неможется. Эйлин вынуждена была много времени тратить на него. Однако настал момент, когда она, с недоумением осматривая практически заживший бок, выслушала очередное причитание Риуги о том, что ночью он чуть не истёк кровью.
— Да, — серьёзно произнесла Эйлин, — случай очень тяжёлый. Пожалуй, Риуга, ты безнадёжен…
Риуга от удивления прекратил ныть и жаловаться. Торментир внимательно наблюдал за Эйлин и с интересом ждал, что будет дальше.
— Солус, пусть он онемеет и не двигается. В таком виде он гораздо лучше смотрится.
— С удовольствием, — Торментир вынул волшебную палочку.
Протесты Риуги оборвались на полуслове. Удивлённая тишиной, вовнутрь заглянула Нелли.
— Ух ты! — жизнерадостно сказала она. — Правда, я надеялась, что он уже умер. Но так тоже ничего, сойдёт.
До Эйлин донёсся обрывок мысли: «Я тоже немного на это надеялся…».
— Добрые вы мои! — фыркнула волшебница. — Но, честно говоря, Риуга и мне начал действовать на нервы…
— Только начал? — спросила Нелли. — Мне он все кишки вытянул своим нытьём! Если бы ещё можно было ехать побыстрее…
— Кстати, насчёт кишок и нытья, — недовольно заговорила Эйлин.
Нелли сразу сообразила, в какое русло повернёт разговор.
— Ладно, ладно. Я же не о себе забочусь. Вон Фергюс переживает, злится…
Торментир хмыкнул, Нелли не захотела препираться с ним в очередной раз и снова пересела к Фергюсу. Тот наверняка всё слышал, но всё равно сидел подобно каменному изваянию. Таким ни Нелли, ни кто-либо ещё никогда не видели этого неунывающего весельчака.
— Всё будет хорошо, не горюй, Фергюс, — неуклюже попытался утешить его Мелис.
— Я не горюю, — каким-то деревянным голосом ответил молодой человек.
Вдруг он отшвырнул вожжи и с яростью заглянул в лицо ни в чём не повинного Мелиса.
— Я не горюю, ясно? — отчеканил он. — Я просто вне себя! Мы плетёмся, как неживые, а в это время, моя тётя, может быть…
Лошадь, ощутив отсутствие поводьев, побрела ещё медленнее. Мелис, не ожидавший и не заслуживший этой вспышки, невольно отшатнулся от Фергюса. Если бы Нелли не ухватилась за край его рубахи, юноша полетел бы в дорожную грязь. Фергюс, увидев это, опомнился, помог втащить Мелиса обратно.
— Извини, дружище, что-то я совсем того, расклеился.
Мелис улыбнулся и кивнул.
— Фергюс, может, ты развеселишься, если мы с тобой скинем в лужу Риугу? — поинтересовалась Нелли. — Если не развеселишься, то хоть искупаем эту свинью…
Мелис фыркнул, Фергюс тоже невольно улыбнулся:
— Нет, красавица, не стоит. Он сам…
Неизвестно, что собирался сказать Фергюс, но тут из повозки показалась голова Торментира. Маг весьма недовольно изрёк:
— Фергюс, что-то я тебя не пойму. Ты собирался лететь сломя голову в Даун-Таун, а сейчас ты вовсе остановил лошадь.
— А, Солус, понимаешь, Мелис чуть не свалился, — начал было объяснять Фергюс, но и эту фразу ему было не суждено договорить до конца.
— Я не знаю, Эйлин, что ты собираешься делать со всей этой бестолковой компанией, — громко и язвительно сказал Торментир в глубь повозки. — Один не в состоянии просто удержаться на сиденье, другой сам не понимает, чего хочет, третья встревает в любой разговор, где надо и в особенности где не надо…
Мелис, Нелли и Фергюс возмущённо переглянулись. Из повозки до них донёсся голос Эйлин:
— Солус, ты абсолютно прав. Все вокруг плохие, один ты у меня — просто идеал. Добрый, отзывчивый и совершенно не сварливый человек. Впрочем, без тебя нам было бы очень скучно!
Торментир жутко разозлился. Но, как давно подметили Нелли и Мелис, он предпочитал не ссориться с Эйлин и не грубить ей. Сдерживая своё раздражение, он стал похож на горгулью с вытаращенными глазами.
Это вкупе со словами Эйлин немного развеяло мрачное настроение Фергюса. А уж Нелли с Мелисом и вовсе развеселились. Отсмеявшись, Фергюс подобрал поводья и слегка шлёпнул ими лошадку по спине. Лошади вовсе не понравилось такое варварство, она резко рванулась с места, повозка дёрнулась, оттуда послышался глухой удар.
— Мам, там у тебя всё в порядке? — обеспокоенно спросила Нелл.
— У меня — да! — голос у Эйлин был бодрый, и Нелли успокоилась. — Это Риуга треснулся о борт!
— Жаль, что не убился! — весело сказала девушка.
— Наоборот, хорошо, — возразила Эйлин, высунув голову наружу. — Я его Миссингеру скормлю. Живьём.
Все опять рассмеялись.
— Ты что, мам, Гринписа на тебя нет, отравишь Миссингера!
«Болтайте, болтайте, — злобно думал Риуга, который был не в состоянии даже потереть ушибленное плечо. — Это мы посмотрим, кого кому скормят. Молодец Нейл, не оплошал, добрался всё-таки. Недолго мне осталось терпеть…».
