Когда Мастер открыл глаза, он почувствовал, что в бок вонзилось нечто твёрдое и острое. Вдобавок ему было зябко, старый верный плащ не спасал от холода, охватившего его тело откуда-то снизу. Прямо над головой плыли тяжёлые серые облака.
Где это он оказался? Мастер восстановил в памяти всё, что с ним случилось накануне. Проклятый карлик чем-то ударил его, после чего Мастер потерял сознание. Неужели эти древние байки про подгорных умельцев оказались правдой? И эти умельцы, судя по всему, обладают сокровищами, которые даже не снились жителям Сариссы. Более того, они явно владеют какой-то магией, с которой он, Мастер, не знаком.
Его снова охватила злость — его, Верховного Мастера, оглушили и забросили неизвестно куда! Он осторожно поднялся. Оказывается, он лежал на горной дороге, а в бок ему впивался камень. Оглядевшись по сторонам, Мастер узнал это место. Дорога вела из гор в его резиденцию.
Карлики милосердно перенесли его туда, откуда он мог бы поскорее добраться до своего дома. Однако Мастер не оценил их милосердия.
— Эти уроды жестоко поплатятся за то, что так обошлись со мной! — процедил Мастер сквозь зубы.
На дороге никого не было видно. И хорошо, потому что Мастер вовсе не желал, чтобы кто-нибудь нашёл его валяющимся в придорожной пыли без сознания. А ведь именно по этой дороге из Депьярго прибудет обоз с провиантом.
Что ж, пора сделать старинные сказки просто сказками. Мастер зашагал по дороге к своему дворцу. Уж он-то найдёт способ справиться с этими ничтожными уродцами. Точнее, уже нашёл. Наказание для них будет страшным. А все их сокровища достанутся ему. Конечно, он скажет, что употребит сокровища на пользу Братства. Но ведь лежать-то они будут в его личной казне, верно? В конце концов, само Братство и есть он, Верховный Мастер.
Вот и резиденция. Интересно, сколько времени прошло с тех пор, как он покинул её? Не мог же он долго лежать на дороге?
Мастер распахнул каменную дверь.
— Хамаль! Хамаль Альрами! — громко позвал он.
Начальник дворцовой гвардии появился, бряцая саблей.
— Скажи, Хамаль, хорошо ли заботились о том существе, которое живёт в удалённом крыле дворца? — требовательно спросил Мастер.
— Да, милорд, — ответил Хамаль, склоняя голову.
Вышколенный служака, он не мог не заметить, что одежда его хозяина вся в пыли, а кое-где даже разорвана, словно его тащили по неровной земле. Однако он не посмел высказать вслух своё удивление. Впрочем, Мастер, внимательно смотревший в лицо своего солдата, отметил всё это.
— Позови распорядителя, — бросил он Хамалю на ходу.
Распорядитель появился, трясясь от страха.
— Что угодно вашей милости? — дрожащим голосом спросил он.
— Моей милости угодно горячую ванну, причём быстро, а после — лёгкий ужин и чистую одежду.
— Да, сию минуту будет исполнено, — и распорядитель удалился, пятясь задом и беспрестанно кланяясь.
Вскоре горячая ванна была готова, и Мастер с наслаждением опустился в неё. Почти без сожаления он отдал прислуге свой камзол и разорванный плащ, предварительно, конечно, отцепив оставшиеся на камзоле амулеты.
Вода с душистой пеной смыла пыль и грязь, но Мастера, увидевшего ссадины на своём теле, вновь охватила злость. Он выскочил из ванны, наспех вытерся подогретым полотенцем и стал натягивать чистую одежду, как две капли воды похожую на ту, что он скинул.
Слуги уже накрывали стол для ужина. Тем не менее, когда Мастер рывком распахнул дверь, они подскочили от испуга. Один из них даже выронил фужер, который со звоном раскололся на каменном полу.
Мастер пристально посмотрел на замершего от ужаса слугу:
— Сегодня я тебя прощаю, — сказал он. — Но советую тебе попрактиковаться в своём ремесле. Если мне доведётся ещё раз увидеть, какой ты растяпа…
Мастер многозначительно замолчал, и слуга с трудом сглотнул набежавшую слюну.
— Вон отсюда! — негромко добавил Мастер. — Оба — вон! И немедленно!
Второй раз повторять не пришлось. Слуги исчезли моментально, будто растворились в воздухе.
Мастер уселся за стол в гордом одиночестве. В подсвечник вместо свечей поместил несколько сгустков света. Несмотря на тонкий аромат, который источали поданные яства, кусок не лез Мастеру в горло. Воспоминание о Подгорных карликах, которые посмели мешать ему, не давала покоя. А мысль о том, как его, бесчувственного, тащили по земле, словно куль с мукой, обжигала огнём. Мастер не мог стерпеть такого унижения.
Наконец он отбросил в сторону салфетку, вилка с грохотом полетела в большое серебряное блюдо. Кликнув распорядителя, Мастер велел убирать со стола, а сам зашагал туда, где сидел взаперти Миссингер.
Миссингер скучал. У него появилось чувство, будто его обманули. Та, которую не мог видеть его хозяин, обещала помочь вернуться домой. Однако пока что это он, Миссингер Дарк, помог ей и её друзьям выбраться из ловушки. Теперь они где-то далеко, небось и не вспоминают о том, что обещали несчастному, случайно заброшенному в их мир существу. За дверью послышались шаги.
