Первый вновь осмотрелся поверх прицела винтовки, готовый, если нужно, отстреливаться и подать отряду сигнал, что спускаться сюда нельзя. Но всё было спокойно, и вскоре он помог выбраться из шахты Рейко, Айджан и Джону с Фидом. А особенно осторожно, на специальной эвакуационной обвязке по очереди переправили вниз Фёдора и Леонида. Ханни спускалась предпоследней, и тут тоже всё прошло гладко. Оставался только Саня, и он отрапортовал в рацию, что к спуску готов.
Ханни и Айджан встали на защиту периметра. Первый ждал у проёма шахты, приготовившись помочь парню в громоздком доспехе. Вскоре послышался свист легко скользящего троса. Подуло ветерком – это воздух выдавливался из шахты быстро движущимся вниз телом. Ещё секунда, и в проёме показались ступни, затем щиколотки, а затем возникла и вся нижняя часть доспеха. Саня был в проёме по пояс, затем по грудь, по шею и…
В шахте что-то лязгнуло, грохнуло. Никто даже толком не успел ничего понять. Саня вздрогнул, ругнулся и резко «упал» на тросе ещё на полметра вниз. Он болтался в проёме уже весь, целиком, хватаясь за края стен, но тут…
Откуда-то снизу из шахты вытянулись стальные, подвижные коленчатые отростки. Первому они показались усами огромного насекомого, щупающего стены тоннеля в поисках добычи. Усы со стуком мазнули по щиколоткам Сани, цепляясь за броню, оплетаясь вокруг его тела и с чудовищной ловкостью вдруг изменяя свою форму: становясь уже не усами, а хищными клешнями.
Саня ошарашенно охнул и рванулся в проём. Не вышло. Первый выбросил вперёд руки, обхватив его доспех и пытаясь втянуть Саню на этаж. К ним подскочила Ханни, просунула винтовку в проём и нажала на спуск.
Грянула очередь. Пули вышибали искры из стали, оглушая Первого. Рикошет. Вспышки из пламегаса[49]. Крики в рации. Давление, тяжесть. Чьи-то руки пытаются помочь. Руки Айджан.
Щупальца дрогнули, но не выпустили Саню, рванув его вниз ещё сильнее. Броня заскрипела. Первого бросило вперёд, увлекая в шахту вслед за ним. Крик Сани перешёл в истошный визг.
Дальше – скрежет металла, раздираемого клешнями. Вопли. Неуклюжее барахтанье Ханни, зажатой между срезом стены и доспехом Первого. А тот уже наполовину провалился в шахту вперёд головой. Шлем Первого оказался прямо напротив шлема наёмника.
Голова Сани запрокинулась, взгляд отчаянно ловил такой близкий и такой далёкий проём. Рот раззявлен, перекошен от боли. Новый треск, и в забрало Сани плеснуло изнутри красным, смазав его лицо. Но ужасные бульканья и хрип всё стояли в ушах у Первого, когда руки его послушно разжались под отчаянный вопль Ханни: «Нет! Отпусти!..»
Первый не мог ничего почувствовать через доспех, но понял, что его с Ханни тянут из шахты за ноги Фёдор, Джон, Айджан, Рейко и Фид. Иначе бы они ахнули вниз, прямо в лапы стального жука. Киберуборщика мусора, незаконно занесённого на Объект. Его мерзкое железное рыло с несимметричными глазками маячило перед мысленным взором Первого вместе с образом органических кучек на полу. Доспех Сани с его содержимым станет теперь одной из них. Или, может быть, кибержук не поленится дотащить его до чудовищного инсинератора? Может, на этот раз всё же предаст его пламени, не оставит лежать и гнить? Что влияет на выбор? Какая-то «программа очистки» или случайная прихоть, компиляция спонтанных решений псевдоумных охранных систем?
Об этом и думал Первый, шаря невидящим взглядом по лицам уцелевших спецов, пока те поспешно пятились, отволакивая его с Ханни подальше от проклятой шахты. Вот группа и осталась опять без пригляда. Всё как в первые дни на базе. Восемь разных, непохожих друг на друга людей. Восемь «случайных» пленников, но их кое-что объединяет. Что-то, что сумел нарыть на них Кэп, вроде бы купив им свободу и насильно их приручив. Всё как прежде. Но вот Фёдору совсем худо. Его рвёт, и колотит озноб. Ведь в борьбе за жизни Ханни и Первого ему тоже пришлось напрячься. Вдохнуть в мышцы последний заряд постепенно угасающей жизни.
А в глазах Айджан блестят злые слёзы. Это плач по мальчишке-наёмнику, которого приставили к ней, и к которому за дни пути она успела привыкнуть. Как и все они. Все привыкли друг к другу. И им некуда больше бежать. И нельзя больше терять людей.
Только все понимают, что Фёдору осталось недолго. Да и Леонида шатает. Его больше не сто́ит пугать. Оставить бы этих мирных где-нибудь в безопасном месте, а дальше Ханни и Первому просто идти одним. Но ведь группа теперь – одно целое. Группа их не отпустит. Первый было заикнулся о том, чтобы ему в одиночку пройтись по пустым коридорам. «Нет!» – отрезала Айджан. Ну а Ханни и Рейко с Фидом посмотрели на него, как на сволочь. Да и Фёдор удивлённо моргнул, привалившись спиной к стене, тяжело ловя воздух ртом.
