Так, Катя, возьми себя в руки. Признайся себе, что причина вероятнее всего именно в этом. Друго й быть не может. Да пусть даже так! Ведь ничего страшного не произошло, разве что эта влюблённость может в будущем подкинуть мне проблем. Самая маленькая из них: мне будет неудобно смотреть Алексею в глаза. Хотя чего скрывать, уже неудобно. Но будет куда хуже, если он начнёт меня добиваться. А это, априори, невозможно».
В течение двух недель после этого девушка всего лишь один раз видела Алексея в университете. На расписании занятий в это время её пары отсутствовали, их сменили другие дисциплины. Он, как обычно, тихо поздоровался с ней, а она, к своему изумлению, едва не впала в ступор. Хоть всё и было как обычно, но подсознательно она ощущала перед ним неловкость. Катя старалась не терять самообладания, но на сей раз она не смогла даже выдавить улыбку и сухо бросила:
– Здравствуй, Алексей.
Голос девушки был виноватым и предательски слегка дрожал. При этом она инстинктивно попятилась немного назад. Подобные, почти забытые ощущения она испытывала ещё, будучи в девятом классе школы. Тогда, в четырнадцать лет, на дискотеке, организованной по случаю осеннего бала, мальчик из параллельного класса пригласил её на танец. Всё бы ничего, но ей он совершенно не нравился. Минуты медленного танца показались ей бесконечностью. Однако Кате было проще помучиться немножко в танце с несимпатичным парнем, чем мучиться угрызениями совести от чувства вины из-за отказа ему. Такова была Катина натура: чувства и позывы сердца, переживания и копание в себе нередко затмевали разум, логику и верный ход мыслей.
«Если уж решит ко мне подойти с этим вопросом, то скажу ему всё как есть», – решила Екатерина.
Когда он в тот день вошёл к ней в кабинет, шестое чувство Екатерины сразу подсказало ей, куда ветер дует. Однако ей так и не хватило решимости ответить согласием на его просьбу. Вместе с тем, ей стало неудобно за отказ пообщаться наедине. В мыслях девушка часто называла себя дурой.
Безусловно, ей не хотелось этого разговора с Алексеем. Каждый из нас старается ликвидировать проблемы, решать текущие, а не создавать новые, тем более на пустой почве. Тем не менее, отрицать, то, что беседа со студентом в будущем может состояться, было глупо, и Катя это прекрасно осознавала. Одновременно с этим любовные переживания и всё, что с ними связано, в понимании девушки представлялись бесполезной ерундой. Логика была довольно простая: вокруг полно разнообразных, интересных людей, каждый, ну или почти каждый при желании может найти свою половинку. И зацикливаться на одном человеке, изводя себя из-за того, что не сложилось, не срослось, мягко говоря, глупо. Естественно, у молодых всё проще, особенно если они не связаны брачными узами. Девушка старалась держаться позитивнее: нет ничего невозможного, главное иметь желание, не забывая прикладывать усилия для осуществления желаемого. И тогда всё получится. Мечтой Кати было доработать до отпуска и поехать на море, а сама мечта иногда снилась ей по ночам.
С этими мыслями ассистентка стала готовиться к уходу домой. Напоследок проверив и сложив в стопку бумаги, она бросила их в ящик стола. Выключив компьютер, достала из сумочки зеркальце и посмотрела на своё отражение. Затем, надела куртку, схватила сумку, и, выключив свет, закрыла дверь кабинета.
Пятнадцать минут, отведённые для утреннего перекура как обычно пролетели как одна. Алексей, допив остатки чая без сахара, положил кружку в шкаф. Купить хотя бы сухари, не говоря уже о кондитерских изделиях, парень пока не мог. Карманные деньги вместе со студенческой стипендией уходили, как песок сквозь пальцы, на оплату проезда, мобильной связи, перекусы и сигареты. Предвкушение предстоящей получки грело душу, придавая уверенность и прилив свежих сил.
Телефон в кармане студента ожил, вибрируя и выдавая незамысловатую трель мелодии звонка. Поднеся трубку к уху, Алексей услышал голос Марселя.
– Алексей, организуй разгрузку арматуры, – коротко распорядился прораб.
Студент, обрадовавшись возможности подышать свежим воздухом, надев каску, перчатки, торопливо выскочил из прорабки. Подойдя к машине, он повертел головой в поисках отсутствующего Петровича, после чего пожал плечами, решив, что справится и один. Поздоровавшись с Аркадием, парень, встав одной ногой на заднее колесо прицепа, подпрыгнул на нём, схватился за борт и посмотрел на привезённый груз, прикидывая его объём и способ зацепки. В кузове, слегка присыпанном снегом, лежали четыре связки арматуры, массой около пяти тонн каждая.
