Когда я заметила летающую за окном летучую мышь, счастью не было предела. Кинулась открывать без промедления. Короткая вспышка — и вот Рас, целый и невредимый, устроился в кресле у нашего стола.
— Где ты был? — накинулась на него Маришка. — Ты знаешь, который час?
— Не знаю, но представляю, — Рас позволил мне повиснуть у него на шее. — Есть хочу, умираю.
— Надо было на обед ходить.
— Я только что из изолятора, — напомнил ей Рас. — Удрал оттуда, как только появилась возможность.
— Что значит «удрал»? — насторожилась я.
Рас усмехнулся и шутливо коснулся моего носа.
— Без паники, меня никто не застукал. И давайте договоримся: вы меня кормите, а я вам за это всё рассказываю.
Мы с Маришкой выдохнули с облегчением.
— Тогда пошли на кухню. Только сперва переоденься, чучело.
Завтракать, обедать и ужинать нам предлагается в столовой, но на каждом этаже общежития есть небольшие уютные кухни, где до отбоя можно подкрепиться и попить чай. Там светлые, обложенные «кирпичиком» стены, на столах скатерти, на холодильниках и шкафчиках мотивирующие таблички в духе «Будь свиньёй где угодно, только не на кухне».
Пока Рас обедал наскоро приготовленной яичницей с сосисками, мы заварили свежий чай и порезали творожный кекс.
Я не знала уровень секретности добытой информации, поэтому прикрыла дверь. Хорошо, что она с прозрачными вставками, увидим, если кто-то захочет зайти.
Неприметный вход изолятора располагался рядом с медпунктом, так что Рас мог в случае чего сказать преподам и медикам, что хочет проведать своих друзей. Долго ждать подходящего момента не пришлось. Из изолятора вышел местный фельдшер, укладывая лишние бинты в сумку, и маленькой летучей мышке хватило пары секунд, чтобы незаметно влететь внутрь.
Ребята действительно были там. Тим раздражён и взлохмачен, а вот Леночке не повезло больше — это её Рас задел, когда оборонялся в бельведере. У бедной девушки перевязано плечо и часть лица.
В начале конструктивного диалога не получилось. Леночка со слезами на глазах просила у Раса прощения, за то, что напала на него. Расу, в свою очередь, тоже было неловко, ведь это он её порезал. Если бы не Тим, обмен извинениями затянулся бы надолго.
— Они всё осознавали, — рассказывал Рас, помешивая сахар в свой чашке. — По их утверждению, и сейчас помнят каждое мгновенье.
Маришка отложила свой кусочек кекса.
— Только не говори, что они специально это сделали, — её голос предательски дрогнул.
— Они этого не хотели, Лена это тысячу раз произнесла, валят всё на необъяснимую ярость. Абиати они всё то же самое рассказали. Сам слышал.
— Ты ещё и подслушивал?! — в шоке переспросила Маришка.
Рас невозмутимо отпил чай и пододвинул к себе остатки кекса.
— А у меня выбора не оставалось. Мистрис очень «вовремя» зашла к ним побеседовать, заодно первую диагностику провела. Как знал, заранее в мышь перекинулся, хоть не заметила.
— Она вводила их в транс?
— Вроде нет. Так, руками поводила, я не особо в этом разбираюсь. Но так долго! Я весь измаялся. И ничего им не сообщила, теперь гадай, как это произошло.
— Может, они ошиблись в заклинании? — спросила я.
— Оба ошиблись? Да ещё одинаково? Бред.
— Ну почему сразу бред, — не согласилась Маришка. — Если ошибка была в нашей формуле, то такое могло произойти с любым из нас.
— Это маловероятно, — возразил Рас. — Бартос на прошлой паре лично проверял тетради у меня и Тима, и что-то по башке никто из нас не получил.
И то верно, Бартос обычно косяков не прощает.
Какое-то время мы пили чай и слушали тиканье часов.
— Бедная Леночка, вот за что её такое? — не удержалась Маришка.
— А как же бедный Тим? — подхватил Рас. — И так насильно здесь учиться, а тут такая подлянка.
— А кто его заставлял сюда поступать, родители?
Друзья посмотрели на меня, как на несмышлёныша.
— Магия, — терпеливо пояснила Маришка. — Мы разве тебе не говорили, она определяет наше дальнейшее обучение?
Ну вот, опять я ступила. А думала, что привыкла к местным причудам. К счастью, Рас решил внести ясность.
— Родители Тима стихийные маги, а у него самого дар долго не проявлялся. Все, разумеется, думали, что он тоже будет стихийником. Его даже приняли в Школу Четырёх Элементов! Но буквально через несколько дней после начала учёбы дар метаморфа прорезался, начал предметы вокруг себя изменять.
— Представляешь, какой это для него был удар, — подхватила Маришка. — У него в роду перевёртышей никогда не было, только стихийники да пара медиумов. Пришлось его срочно к нам переводить. Надо развивать доминирующий дар, иначе житья тебе не будет, магия будет брать своё. А на побочные лучше не рассчитывать. Вот посмотри, например, на Фила. Он, конечно, здорово помог Славику своим целительством, но так и сам пострадал, а всего-то кровь заговорил! Видишь, как всё серьёзно. Мы и на тренировки ходим не просто, чтобы отработать формулы, нужно дать выход нашим способностям.
— Как будто нам Нестабильности не хватает, — вставил Рас. — Тим никак с ней не стерпится, до сих пор психует.
И это говорит тот, кто даже от друзей в такой день прячется.
