– Мари! Мари! Мари! Ты знала, что делаешь… Ты решила уйти вместо меня? Это тогда ты с Великими говорила?
– Тайрин, хватит! Никуда я не ушла. Вот, можешь потрогать, тут я, рядом. И не дошла я до нее, на дороге перехватили и назад отправили, – ура! Я знаю, как сменить тему! Незаметно толкнула Алдариэля, чтобы догадался поддержать. – Ой, Алдар, я забыла, Флэарри всем привет передавала. Значит, тебе тоже. И Тайрину.
– Мне – вряд ли, она меня терпеть не может, – догадался. – В общем, конечно, есть за что. Обещала, что как исчезну из ее поля зрения, забудет, как страшный сон.
– Не забыла. Даже цвет глаз помнит.
– И с чего бы она о моих глазах вспоминала?
– Ну… так… Из-за дождика.
– Арри, там был цветной дождь?
– Мари, дождь цвета глаз Алдариэля?
– И твоих. А что? Вы чего?
– Вот… Мари! Алдар, она… Мари!
– Арри, ты знаешь, что это за дождь?
– Знаю, Флэарри объяснила. Только я не плакала, честно, он сам пошел. Так что не надо тут устраивать… Тайрин, не смотри так, или я точно расплачусь!
– Мари, дождь из слез идет только за Гранью. Больше нигде.
Твою же… Вот какого разболталась?
– А вы точно знаете? Не видела я никакой Грани. Только дорогу, дождь и Флэарри. Все. Походила, пообщались и домой. Даже Тайриниэля не видела. А он говорит, что видел меня. И раз уж мы все равно об этом говорим, Тайрин, расскажи, что ты видел. Какая она, эта Грань?
– О ней не говорят, Мари.
– Потому что никто не возвращался? А те, кто не успел перейти?
– Потому что обратно позовет.
– Ой, тогда молчи. Никогда-никогда не рассказывай! Ладно?
– Ладно. Я недалеко успел отойти…
– Тайрин! – я ему даже рот ладошкой закрыла, но он ее осторожно отвел. – Это можно, это же не о ней самой.
– Точно? Алдар, это так?
– Так, нельзя только о моменте перехода. Рассказывай.
– Несколько шагов сделал и Амарриэлли увидел, только за руку ее взял, сердце как будто сжали, боль такая резкая, в глазах все двоится, голова плывет. Вижу сестру и Мари рядом. То в одну сливаются, то опять отдельно, и назад меня толкают. Вытолкнули, а сами остались. И все, темнота. Очнулся уже дома. Когда вспомнил… Пока Мари не увидел, думал обратно уйду…
– И додумался уйти сегодня?
– Говорю же, случайно. Не заметил, где сел. Зиа, когда… Алдар, ты понимаешь, что она сделала?
– Понимает. Он сам то же самое устроил. Спасибо, Фаарр успел, – я давно хотела высказать это Алдариэлю, но не решалась. – О чем только думал?
– Ни о чем. Не успел.
– Принц называется! Пока Младшие щит убирали, было время подумать.
– Ага, как же! Меня им так приложило, что не до размышлений было.
– Ой, сильно, да? Алдар, прости, пожалуйста! Я, честно, не хотела, оно само получилось.
– Арри, Арри.
– Что?
– Ничего, просто – Арри.
– Алдар, я, кажется, понимаю, почему она Грань не помнит. Великие. Они убрали ей это из памяти. Защитили от самой себя. Она же не знает ничего, обязательно рассказала бы кому-нибудь. Спасибо, Великие!
– Скорее всего. Спасибо, Великие!
– Лучше бы они тебе это убрали.
– Мари!
– Арри!
– Что? А! Спасибо, Великие! – и про себя добавила: «Правда, спасибо. И, пожалуйста, пусть Тайрин тоже ее не помнит, пожалуйста».
– Пойдем ко всем? Арри? Тайрин?
– Сейчас пойдем. Тайрин, ты только сам себя не начинай изводить. Не из-за тебя это все. Будешь этим мучиться, мне тоже будет плохо. Очень плохо. Ладно?
– Мари, ты у меня…
– Тайриниэль! Руки!
Я ничего не поняла. Это что сейчас было? Приступ ревности? Бред какой-то! Чтобы Алдар ревновал к Тайрину? Нет, не похоже. Оба уставились на ладони Тайриниэля. Что они там увидели? Руки как руки. Хорошие, здоровые, целые.
– Видишь?
– Вижу.
А я ничего не вижу.
– Чувствуешь? Попробуй.
– Не уверен…
– Давай!
На ладони Тайриниэля зажглась крохотная искорка-звездочка, поднялась на несколько сантиметров в воздух и растаяла.
– Тайрин… это…
– Ребята… Мари… Алдар…
– Тайрин, она возвращается! Тайриниэль, ты меня слышишь? Она возвращается! Арри! У него магия возвращается!
Наше отсутствие затягивалось и очень скоро рядом возникли встревоженные Младшие, а следом появились и остальные. Возвращение магии у Тайрина взбаламутило и обрадовало всех. Его тормошили, поздравляли, расспрашивали. Он только растеряно хлопал глазами и недоверчиво рассматривал свои руки. Искорки у него больше не получались, но и он сам и Алдариэль видели там что-то, скрытое от моих глаз.
Уже позже, когда мы вчетвером обсуждали прошедший день в моей комнате, я вспомнила давний разговор.
– Вот бы на него в Зеркало посмотреть. И на Шериниэля.
Огненный тут же загорелся этой идеей.
– Неплохо бы. Вад, как думаешь, с учетом всего, нам за это сильно прилетит?
– С учетом всего, я бы не стал проверять масштабы залета, рискованно. Попробуем уговорить?
– Давай сам, у тебя лучше получается. А я к Бире, настрою ее на приключение.
– Не факт, что уговорю.
– Тогда, хотя бы, не зарисуешься, влепят только мне.
– Огонек, не дури. Не глобально это, можно обойтись. А без тебя нам тяжело будет. Если так уж тебе загорелось, дай Тайрину чуть окрепнуть и сам посмотри, он пустит.
– Тайрин, допустим, согласится. А Мар?
– А что я? Хочешь, смотри, пожалуйста, я не против.
