Священник пригласил нас к себе в дом, где его экономка уже приготовила праздничный обед. На столе стояла бутылка кагора — сладкого вина, которое в России (у православных) считается церковным напитком. Был очень вкусный суп, а на второе — охотничьи сосиски, облитые спиртом и подожженные на минуту-другую. «Вы прямо как Ромео и Джульетта обвенчались секретно. Но, скорее, это из-за такого сильного мороза напоминает историю из “Капитанской дочки”», — сказал священник. «Да, да, — ответила Гина, — мой “похититель” (и она прислонилась к моему плечу) очень похож на главного героя».
Мы с Гиной сидели в теплой гостеприимной русской хате, с добрыми русскими людьми, которые искренне радовались нашему счастью, нашей любви, нашему венчанию. И нам было так хорошо с ними, будто с близкими-близкими родственниками. Такое чувство я испытывал только с русскими людьми. После обеда священник вручил нам свадебные сертификаты. (В Литве — официальный документ. Но позже, в августе, мы еще раз зарегистрировали наш брак в Лондоне. Гина добавила к своей фамилии — Калла через дефис «Рябко».) Ей очень нравится русское слово «замужем», и она часто, когда я стою, прижимается к моей спине и говорит по-русски: «Я за мужем». И живем мы долгие годы в счастье, и медовое время наше продолжается без какой-нибудь горчинки вот уже двадцать лет. Люди, будьте все счастливы, как мы с Гиной!
Так что, став моряком, я стал счастливым человеком. И хоть счастье свое — мою Гину — я нашел уже в зрелые годы, но это делает его прочным (и вечным), ибо наш жизненный опыт не позволяет допустить ни малейшей ошибки.
Что касается числа увиденных стран, то журналистка Гина (моя жена) обогнала КДП (капитана дальнего плавания) Петра (ее мужа). У нее в активе — 64 страны, а у меня — только 61.
Благодаря Гине продолжается мое капитанство. Пусть я сейчас не на крупнотоннажном судне, а только на 9-метровой яхте, но этого достаточно, чтобы чувствовать себя плавающим капитаном.
И хоть мы находимся в «Западном Средиземноморье» — так я называю закрытое со всех сторон Карибское море, — и последние три года наше плавание ограничивается прибрежными водами Венесуэлы, все равно, это — навигация (navigatio (лат.) — мореплавание). Несколько моих однокашников по мореходке сказали: «Петя, мы завидуем тебе светлой завистью: ты — последний из могикан, ты — единственный из всего выпуска (100 человек), который продолжает плавать. Дай тебе бог здоровья!». Вам тоже, ребята.
