– Мы справимся, – отец ласково потрепал Зори по волосам и чмокнул Марту в щеку. – Я уже заказал билеты на самолет. Время еще есть, но надо собирать вещи, девочки.
– Хорошо, – Марта нехотя выпустила дочь из объятий. – Зори, милая, возьми побольше одежды. Не забудь шляпу и крем от загара.
– Побольше? – девушка посмотрела на маму непонимающе.
– После похорон останемся погостить у дедушки Эдмунда, – поспешил вставить отец. – Ему сейчас нелегко. Он никогда не отличался крепким здоровьем, а теперь еще и потерял Катрин.
Марта смахнула крохотную слезинку со щеки и кивнула.
– Да, ему нужна наша поддержка. Ты точно не расстроишься из-за выпускного и дня рождения?
Значит, родители все-таки помнили. Зори снова подумала о голубом платье и решительно мотнула головой.
– Нет. Конечно, нет, мам.
– Спасибо, – Марта поцеловала ее в макушку. – Тогда встретимся внизу уже с чемоданами, ладно?
Зори кивнула и с тяжелым сердцем побрела на второй этаж. От мыслей голова гудела. Внезапная смерть бабушки не входила в ее планы на лето. Впрочем, несмотря на печальный повод, девушка не могла не испытывать приятного волнения. Все-таки ей предстояла долгожданная поездка на другой край земли. Уже в комнате, растянувшись поперек большой двуспальной кровати, она снова вспомнила про выпускной и со вздохом принялась печатать сообщение Элис.
«Грустные новости. Умерла моя бабушка. Срочно улетаем на похороны. Пропущу вечеринку…»
Ответ пришел через секунду.
«Засада, что это случилось именно сейчас! Мои соболезнования. Потом в деталях расскажу, что и как было. С тебя – днюха. Целую, обнимаю, Элис-Бейлиз»
Подруга всегда умела поднять настроение, даже в такие поганые времена. Зори посмотрела в окно. На улице окончательно стемнело. Черное небо навалилось на мир, будто хотело раздавить. Сквозь приоткрытую стеклянную створку не доносилось ни звука, и эта тишина нервировала. Зори вскочила на ноги, в два прыжка пересекла комнату, с грохотом захлопнула раму и резким движением задвинула еще и шторы. Так-то лучше. Пружина внутри немного ослабла. Выудив из шкафа яркий желтый чемодан, она растерянно уставилась на аккуратные ряды одежды.
– Ну, и что надевают на похороны летом?
Заданный вслух вопрос остался, разумеется, без ответа. С минуту простояв неподвижно, Зори пожала плечами и принялась закидывать в чемодан летние платья, сандалии и белье. Подумав, положила туда еще и пару купальников.
– Надеюсь, меня не обвинят в бесчувственности.
Ее слегка тревожило, что, потеряв родную бабушку, она не ощущала сильной скорби, хотя ужасно было жаль маму. С другой стороны, что тут удивительного. Катрин ей однозначно не хватило. Надо хоть с дедом пообщаться, пока они будут там. Закончив сборы и переодевшись, Зори стащила тяжелый чемодан в холл первого этажа и поставила рядом с вещами родителей.
– Детка, со всей этой суматохой мы ведь даже не спросили, как прошел последний экзамен?
Голос матери, появившейся в дверях, прозвучал виновато. Зори только отмахнулась.
– Все нормально. Я отлично справилась, – и, увидев вопрошающие лица родителей, добавила, – Элис уже откуда-то разузнала про оценки и скинула сообщение.
– Наша светлая голова! – с гордостью объявил отец. – Молодец, дочь. Надо будет отпраздновать, – но перехватив выразительный взгляд Марты, добавил, – как выпадет возможность.
– Такси у ворот, – вставила мама. – Пора.
По дороге в аэропорт Зори ощутила невероятную усталость. Стрелки на отцовских часах приближались к одиннадцати вечера. В такое время она обычно была в постели. Будто прочитав ее мысли, мама тихонько шепнула:
– Поспи пока.
Долго уговаривать ее не пришлось. Едва Зори откинула голову на спинку сиденья, как перед глазами замелькали первые кадры сна. Она стояла посреди роскошного поля красных маков и смотрела куда-то вдаль. Правда, уже через секунду ласковый мамин голос сказал:
– Приехали, малыш.
Девушка разлепила тяжелые веки и сонным взглядом обвела забитую машинами парковку аэропорта. Короткий отдых немного взбодрил. Спустя пять минут в ней уже вовсю кипела новая энергия. Она отказалась от помощи отца, и сама покатила желтый чемодан к стойке регистрации. Покончив с официальными процедурами, они втроем разместились в зале ожидания вылета, напротив выхода номер семь. Силы снова начали покидать. Зори отчаянно захотелось спать, но кресла, как назло, были для этого не приспособлены. Металлические подлокотники не опускались. Чтобы не клевать носом, она решила прогуляться.
– Пройдусь, – сказала она отцу.
Тот лишь устало кивнул.
– Будь осторожна, не уходи далеко.
Бесцельно побродив по залу ожидания, девушка убедилась, что некоторые пассажиры все-таки умудрились уснуть, скукожившись на неудобных сиденьях и подогнув ноги под себя. А вот шумная малышка лет трех с раскосым разрезом глаз, выдающим в ней юную азиатку, никак не хотела засыпать. Она громко болтала на детском тарабарском и ни секунды не сидела на месте. Проходя мимо, Зори улыбнулась и помахала рукой. Смутившись, девочка рванула к матери, неожиданно оказавшейся русскоговорящей.
