— Возможно я просто никогда не знал настоящую тебя, — бросил парень и вышел из палаты.
— Влада, — аккуратно начал Артём, кажется, спустя целую вечность тишины с того момента, как за его братом закрылась дверь.
— Если тебе тоже не нравится моё поведение, можешь просто уйти, — глухо сказала я, залезая обратно в кровать и закутываясь в одеяло.
Артём шагнул ко мне. Весь его вид кричал о том, что он сожалел. То ли о том, что так поступил, то ли о моей реакции. Ему давно было пора понять, что я не добрая маленькая девочка, чтившая чувства других. А больше не была ей и вряд-ли когда-нибудь снова стану.
— Я не осуждаю тебя, просто…
— Тебе вообще не стоило его сюда приводить, — возмутилась я, повернувшись к нему. — Почему ты не спросил меня?
Парень пожал плечами. Он просто думал, что так будет лучше.
Я вздохнула.
— Ты тоже думаешь, что я теперь другая? — с лёгкой печалью в голосе спросила я, сама того не осознавая.
Парень слегка улыбнулся, но улыбка выглядела измученной, а не счастливой.
— Я просто думаю, что тебе больно, — сказал он, садясь на край моей кровати.
Я набрала в лёгкие побольше воздуха, а затем задала вопрос, который мучил меня уже некоторое время:
— Что если я никогда на самом деле не любила его? Может я просто врала.
Артём посмотрел на меня взглядом, будто это имело прямое отношение к нему. Будто я говорила не про его брата, а про него самого. Я видела боль в его глазах от моего предположения.
Да это звучало ужасно, но вдруг это была правда.
— Я просто не верю, что любовь, о которой вы все говорите, могла так просто пройти, — быстро добавила я.
Артём слегка вздохнул. Он бы точно поспорил со мной, но сейчас он просто не хотел расстраивать меня ещё сильнее и ссорится.
— Ты можешь так думать, только, пожалуйста, никому больше не говори это, — попросил он.
Я едва заметно кивнула.
— Я начинаю вспоминать, — неожиданно для себя самой выдала я.
Это не было моим достижением, скорее ещё одной печалью.
Артём удивлённо посмотрел на меня.
— Что именно?
— Про тот вечер, — с дрожанием в голосе сказала я, — про Вадима.
Парень резко напрягся, выглядел он слегка удивлённым и настороженным. Он очень сильно боялся, что я просто могу разбиться. Но я до сих пор сидела здесь и, кажется, была сильнее, чем он думал.
— И как ты? — с волнением спросил он.
Я пожала плечами.
— Я не могу делать выводы до того, как вспомню всё.
А что-то подсказывало мне, что лучше точно не станет.
Артём смотрел на меня своими печальными тёмными глазами. Боль и странная решимость, в союзе с теплотой, проступили в его взгляде. И вдруг что-то зашевелилось в моей груди. Что-то непонятное, но такое знакомое пронеслось в моей голове. Это было чувство дежавю, умноженное в тысячу раз. Я смотрела в эти глаза и не могла оторваться.
А потом я просто потянулась к Артёму и поцеловала его. И когда мои губы коснулись его, я поняла, что это не то.
По какой-то непонятной причине я ожидала совсем другого. Я ожидала, что что-то в моём животе перевернётся, но в итоге всё было спокойно. На мои плечи легки руки быстрее, чем я смогла понять, что происходит, а потом Артём меня оттолкнул.
Я испуганно смотрела на парня, не понимая, что только что произошло. Зачем я это сделала?
— Я… я…прости, — выдохнула я.
Артём смотрел на меня широкими от испуга глазами, будто впервые целовался с девушкой. Никто из нас не ожидал подобного.
— Всё нормально, — быстро сказал он.
Артём постарался натянуть на себя улыбку, будто только что совсем ничего не произошло. Но он был до ужаса напряжён, а меня опять начало трясти. Но уже от сожаления и боли. Я опять всё разрушила.
— Мне нужно идти, хорошо? — спросил он.
Я кивнула словно в прострации и положила голову на подушку, когда дверь с едва заметным звуком закрылась. Я снова пыталась заснуть и всё так же не могла.
В итоге я вспомнила про уникальную возможность, предоставленную мне Екатериной Владимировной. И сейчас перспектива выйти на улицу в не самую прекрасную погоду уже не казалась такой ужасной.
Я старательно пропускала мимо себя все действия и мысли, что мелькали в моей голове. Мне хотелось считать, что поступая так, как я поступала, я просто не думала головой. Но по правде говоря я думала, и по какой-то непонятной причине моя голова сказала, что это хорошая идея просто взять и поцеловать брата моей подруги и, к слову, ещё и брата моего бывшего парня. Факт того, что мы с Маратом встречались я уже не пыталась оспорить, но у меня был свой взгляд на причину, которая вынудила меня пойти на это.
Сначала я искала любую возможность не пойти на улицу одной, но позвонив папе, который сказал, что освободится лишь через несколько часов, мне пришлось принять неизбежность моего одинокого пребывания на свежем воздухе.
Кажется сама палата сжималась вокруг меня, навевая на плохие мысли и ужасные воспоминания. Я даже не была уверена, что образы, появлявшиеся в моей голове были частью памяти. Перед моими глазами проплывали непонятные картины, которые быстро исчезали, оставляя после себя лишь след страха.
