Я едва заметно покачала головой. Но этого жеста хватило, чтобы парень озверел. Он резко оторвал меня от стены и швырнул на кровать, которую я так боялась.
Парень возвышался надо мной, глядя затуманенным взгляд.
— Я не такой, — сказал он с печалью в голосе, — Это вы сделали меня таким. Я никогда не хотел насиловать свою сестру. Я бы любил её из далека и довольствовался бы лишь этим. Но это Марат виноват в том, что произошло.
Парень слишком быстро добрался до меня, пока я в ужасе отползала до стены. Его руки оказались на моих бёдрах. Я пыталась кричать. Я пыталась столкнуть его с себя, но все было бесполезно, у меня не было силы. Даже если бы она у меня была, сейчас бы это не помогло, потому что моё тело не слушалось меня из-за животного страха.
Он просунул мне руку под кофту и положил её на живот. Парень попытался поцеловать меня и как бы я не дёргалась, в итоге он схватил меня за шею и заставил замереть.
Я начала задыхаться, а он снова потянулся к моим губам. Я старалась не думать об этом, отпустить ситуацию, подумать о чём-то хорошем, но ничего не шло мне на ум. Лишь его грязный рот поверх моего.
Вадим потянулся к краю моих штанов, усердно стараясь стянуть их с меня. И в этот момент я увидела то, что изменило все.
Было то, что я заметила помимо кровати, когда с самого начала разглядывала комнату. Тогда я старалась не пускать эту мысль в свою голову, а сейчас поняла, что у меня просто не было выбора.
Последний урок — выход есть всегда.
Я почувствовала как боль и страх отступают, а сердце начинает биться до ужаса ровно.
Я ласково прикоснулась к щеке Вадима и слегка улыбнулась.
— Налей мне шампанского, — прошептала я ему на ухо, — я знаю, как отомстить Марату.
Парень в замешательстве посмотрел на меня, но увидев, что я абсолютно спокойная, улыбнулся. Я не сопротивлялась, когда он поцеловал меня в губы, я даже вроде поддалась и ответила на него, будто совсем не парень, доводивший меня до животного страха, был напротив меня.
Я думала о тёмных глазах, что были рядом со мной даже сейчас. Я думала об их обладателе. Я не готова была отпустить его. Я любила его.
Когда Вадим отошёл достаточно далеко, чтобы уже не быть в состоянии остановить меня, я быстро поднялась и рванула к подоконнику.
Одним движением я оказалась на нём и рывком открыла окно. Всё это произошло раньше, чем парень сумел понять мой план.
Я увидела страх в его глазах, когда он медленно повернулся, почувствовав холодный ветер, залетавший с тёмной улицы. Но я не верила в его искренность.
Я стояла на самом краю окна, из-за всех сил держась, но понимая, что если надо будет я сделаю то, зачем сюда залезла. Я чувствовала холод улицы, стоя в одних джинсах и свитере, обдуваемая всеми ветрами города.
— Слезь, — аккуратно попросил Вадим, шагая ко мне.
Я отчаянно покачала головой, чувствуя как ноги трясутся то-ли от страха, то-ли от решимости, что могла меня убить.
— Не подходи, — совершенно спокойно сказала я. — Или я прыгну.
Он остановился.
— Хорошо, — едва слышно прошептал Вадим, не двигаясь, — ты же не сделаешь это? — скорее спросил, чем сказал он.
— Сделаю, — ответила я, полностью уверенная в это.
Вадим сделал шаг в мою сторону, а я необдуманно сделала шаг от него и чуть не полетела из окна, в последний момент схватившись из-за всех сил о раму.
Моё сердце перестало биться, и я даже не успела подумать, как парень схватил меня за щиколотку, стараясь удержать.
— Перестань, — снова сказал он, потянув меня за ногу, — я открою дверь, просто слезь.
Я покачала головой.
— Сначала открой.
Я ждала, что вот сейчас он отпустит мою ногу и пойдёт открывать дверь. Вадим не был хорошим человеком, но он не хотел, чтобы я умирала. Так думала я, но потом поняла, что пора перестать верить, что в людях есть что-то хорошее.
— Помни, что это сделал не я, а Марат, — сказал парень, глядя на меня ничего не выражающим взглядом.
Я хотела спросить, что он имел в виду. Правда хотела. Но я чувствовала как хватка на моей ноге ослабевает, я уже начала радоваться, забыв про его слова. Но тут Вадим спустил меня с небес на землю. В прямом смысле. Он просто взял и толкнул меня.
Холод — лёгкость — боль. Именно в такой последовательности я переживала это мгновение.
Холод на улице и в душе, когда я поняла, что этот мир хуже, чем я думала. Возможно умирать было не так страшно.
Лёгкость, когда я падала. Я готова была продлить это мгновение, пока я летела, не чувствуя совершенно ничего.
Боль во всём теле и внутри. Боль от предательства и потери. Боль настолько сильная, что я не могла дышать или пошевелиться. Боль, заставившая меня забыть про холод и лёгкость.
Одна фраза, что орала в моей голове, потому что должна была стать последней в моей жизни: «Помни, что это сделал не я, а Марат».
Нет, я не хотела умирать.
