Она прошла достаточно большое расстояние и успела замерзнуть, когда ее ослепил свет фар и раздался визг тормозов. Хлопнула дверца машины, и она увидела бегущего к ней Жана Дюбуа. Жаклин остановилась и усилием воли сдержала себя, чтобы не побежать навстречу. Он остановился в полуметре и хотел что-то спросить… Но увидел выражение ее лица и промолчал. Они постояли так с минуту — молча и сдерживая себя. Но ей показалось, что это молчание длилось целую вечность. Тогда Жаклин сделала шаг сторону и пошла к машине. Он медленно последовал за ней.
Когда машина тронулась с места, Дюбуа тихо проговорил:
— Я волновался. Ты в порядке?
Она отрицательно покачала головой.
— Я могу помочь?
— Нет.
— Жаклин…
— Пожалуйста, ничего не говори. Мне очень плохо, — прошептала Жаклин и, закрыв глаза, отвернулась от него. Он услышал ее прерывистое дыхание, увидел, как она дрожит, и испугался. Дюбуа остановил машину, накинул на Жаклин свою куртку и взял за запястье чтобы прощупать пульс.
Сердцебиение было неровным. Дюбуа мысленно выругался — он никогда не возил с собой аптечки.
Человек Касуэлла сидел на черном кожаном диване и почти сливался с ним, ибо одет был во все черное: черный летний костюм, черная рубашка, черный галстук. Выражение лица, с которым он наблюдал за нервно двигающимся по люксу Пьером Грати, было невозмутимо, а блеск глаз холоден. Если он и испытывал какие-то эмоции, то никак этого не показывал. Он сухо сообщил Грати все условия и требования Касуэлла и теперь молчал, ожидая ответа. Грати же, выслушав его, занервничал, его движения стали порывистыми и от этого смешными: он семенил маленькими ножками, то и дело спотыкался, размахивал руками — казалось, что у него проблемы с координацией движений. Возможно, когда он нервничал, это было действительно так. Абсолютное несоответствие этим движениям являл голос Грати — глубокий, сильный и низкий.
— Это невозможно, — говорил он, смотря прямо перед собой. — Методика не отработана в целом. Мы можем представить лишь отдельные элементы, но никак не всю ее целиком. Необходимо как минимум полгода, чтобы завершить все испытания. Мистер Касуэлл и сам незаинтересован в поспешных результатах.
Если ему необходимо качество, он должен подождать.
— Нет, — бесцветно произнес человек на диване. — Мистер Касуэлл не может ждать. Его требования соответствуют условиям контракта. В свою очередь, он несет ответственность перед партнерами и не хочет выглядеть обманщиком.
— Но неужели вы не понимаете! — горячо воскликнул Грати. — Это же научное исследование. В науке не может быть точных сроков. Что-то, теоретически разработанное, подтверждается, что-то — нет. Появляются новые проблемы, новые решения, которые требуют времени. Мистер Касуэлл нс хочет выглядеть обманщиком, а мы не хотим выглядеть шарлатанами.
— При этом деньги вы хотите получить сейчас, — что-то отдаленно похожее на усмешку промелькнуло на лице собеседника.
— Но это же естественно. Исследования требуют затрат. Мы не настолько богаты, чтобы оплачивать разработки из своего кармана. При всем нашем желании мы не смогли бы набрать нужную сумму. Даже продажа замка не окупила бы расходы.
— Мистер Касуэлл достаточно щедро финансировал вас все эти годы. Я не говорю о гонорарах. Не кажется ли вам…
— Не кажется! Наша методика уникальна и бесценна. Ни один гонорар не покажется чрезмерным. если подумать о тех прибылях, которые она принесет Касуэллу. Он благодаря ей станет властелином мира! И при этом — смешно! — не может подождать пару месяцев.
Человек Касуэлла медленно поднял голову и в упор уставился на Грати.
— Это не смешно, — четко выговорил он. — Сэр Касуэлл не может ждать. И он очень не любит, когда партнеры не выполняют условия договора. Я понятно выражаюсь, мсье Грати?
Грати резко остановился, словно натолкнулся на невидимую стену. Он понял, что зарвался, Этот проклятый англичанин может уничтожить не только их детище, выстраданное с таким трудом и любовью — научно-исследовательскую лабораторию, но и их самих. Уничтожить физически. Грати был наслышан о жестокости Касуэлла по отношению к партнерам, которые тем или иным образом подводили его. Касуэлл не считал преступлением «наказывать» таких людей. Подобный принцип был для него основой деловых отношений. Ненадежный партнер — мертвый партнер.
— Хорошо, — тихо сказал он. — Передайте мистеру Касуэллу, что все материалы он сможет забрать через два дня. Передайте также, если это не слишком большой труд для вас, наши пожелания по поводу необходимости доработок.
Человек в черном встал.
— Вы приняли верное решение. Я все передам мистеру Касуэллу. Деньги будут переведены сразу же после получения материалов. Не смею более задерживать вас, мсье Грати
Грати суетливо поклонился и вышел из номера.
