– Это было запланировано много лет назад. Разве вы не помните, что Эдвар рассказывал вам о наших браках, в самый первый день, когда вы появились здесь? Мне было суждено выйти замуж за Эдвара задолго до того, как кто-либо из нас появился на свет, даже до рождения наших родителей. Так уж устроена наша жизнь.
– Но я люблю вас, – воскликнул я в изумлении. – И вы тоже любите меня. Я знаю, что вы любите меня.
– Это ничего не значит, – вздохнула она. – Иногда такое случается. С этим нужно смириться. Ничего не поделаешь. Мы живем в соответствии с механизмами этого мира. Все заранее известно и предопределено.
Внезапно, в разгар её монолога, прямо за моей спиной, перекрывая рев водопада, раздался резкий звук, похожий на гудок такси. За ним последовал визг тормозов, и хриплый голос неподалеку выкрикнул что-то сердитое и непристойное. Мимо меня пронесся порыв ветра, и я услышал слабый звук удаляющегося мотора и скрежет шестеренок. Я посмотрел на Сейду.
– Вы слышали это?
Она кивнула, широко раскрыв испуганные глаза.
– Да. Это уже не в первый раз, – внезапно она встала и нахмурилась, словно от боли. – Пойдемте, – добавила она, – нам пора возвращаться.
Больше ничего не оставалось делать. Мы молча вернулись к воздушному кораблю и развернули его носом в сторону города.
Но когда я оставил Сейду в ее квартире, пообещав увидеться с ней позже, у меня появилась последняя надежда. Я отправился в Бюро.
Бюро представляло собой обширную систему залов и кабинетов, занимавших два этажа огромного здания. Меня посылали от одного автоматического устройства к другому – там не было людей-клерков – в поисках представителя, разговаривавшего со мной раньше. Наконец я нашел представителя Бюро в его квартире, расположенной дальше по коридору, всего в сотне футов или около того от моей собственной. Он сосредоточенно рассматривал металлический лист на своем столе, на котором какая-то скрытая машина выводила бесчисленные цифры, и что-то подсчитывал с помощью сотен кнопок по краям. Он говорил со мной, не останавливаясь и не поднимая глаз, и на протяжении всего разговора продолжал расчёты, как будто делал это совершенно автоматически – как, возможно, оно и было.
– В чем дело, Барет? – осведомился он.
Я чувствовал себя маленьким мальчиком в кабинете директора школы.
– Я пришел спросить вас, почему мне нужно уходить, – ответил я.
Он слегка кивнул, не поднимая глаз.
– Это необходимо, – сказал он. – Ваш визит был заранее спланирован.
Я сделал протестующий жест.
– Но я не хочу уходить, – настаивал я. – Мне нравится это место, и я готов окунуться в его жизнь, если мне разрешат остаться, я согласен на любые условия.
– Это невозможно, – сердито возразил он.
– Мне никогда не говорили, почему и как я попал сюда. Вы обещали, что расскажете мне об этом.
– Мне самому об этом никогда не говорили. Об этом знают люди, занимавшиеся этим.
– Если бы я обратился к ним, они наверняка нашли бы какой-нибудь способ позволить мне остаться?
– Нет, – холодно ответил он, – это было так же предопределенно, как и любое другое событие, происходящее здесь. Мы не позволяем событиям происходить бессистемно. Мы не меняем того, что было запланировано. И даже если бы было возможно позволить вам остаться, в чем я склонен сомневаться, они бы этого не позволили.
– Почему бы нет? – тупо спросил я.
– Потому что для вас здесь нет места. Наша социальная система спланирована на сотни лет вперед. У каждого человека сегодня и у каждого человека из следующих шести поколений есть свое определенное место, своя программа, своя работа, которую он должен выполнять. Для вас здесь нет места. Вас невозможно приспособить, потому что у вас нет работы, нет образования, нет потребностей, которые вы могли бы удовлетворять. У вас нет женщины, и нет женщин для ваших детей или детей ваших детей. Вы никому не нужны. Чтобы пристроить вас, пришлось бы разрушить всю систему на несколько поколений вперед. Это невозможно.
Я без особой надежды задумался на мгновение.
– Если бы я организовал такое место? – предположил я. – Если бы я занял чье-то место?
Он улыбнулся слабой, холодной улыбкой.
– Убийство? Это невозможно. Вы всегда, так или иначе, находитесь под контролем Бюро, знаете вы об этом или нет.
Я отвернулся, немного ошеломленный. Все было неотвратимо и очевидно, как он выразился. Я знал, что ничего нельзя было поделать.
Я вышел из его квартиры и направился по коридору к посадочной площадке. Никто не препятствовал моим передвижениям, и мои распоряжения не подвергались сомнению. Я заказал самолет и назвал свое имя дежурной девушке.
– Ваш пункт назначения? – спросила она.
Я ответил:
– Я лечу только ради удовольствия.
– Вы вернетесь?
– Ждите меня через час.
Я столько недель наблюдал, как Сейда пилотирует корабль, что был знаком с управлением. Я быстро поднялся в воздух, обогнул здание и направился на север, в сторону гор. У меня не хватило смелости снова встретиться с Сейдой. Прошло совсем немного времени, прежде чем я добрался до того места у реки, где мы провели утро. Я снизил скорость и пролетел над ним, как раз над водопадом.