Облачный атлас полностью

От страданий-терзаний хочешь кого-то винить, и кого я винил в потере Розес, была эта проклятая Предвидящая. Тем утром в Лунном гнездовье я поднялся, кликнул своих коз и погнал их на пастбище Большого пальца, даж’ не попрощавшис’ с Мероним. У ней хватило Смекалки, шоб оставить меня одного, она ведь помнила о своем собственном сыне на острове Предвидения.

Когда тем вечером я пришел домой, Ма, Сусси и Джонас сидели вокруг стола. Увидев мой нос, они лукаво меж собой п’реглянулис’. Э, братей, шо такое с твоим носярой? – спросил Джонас, сам весь из себя щеголь. Это? А, поскользнулся и упал в Лунном гнездовье, ответил я ему быстро-резко. Сусси вроде как хихикнула. А может, ты упал в гнездовье Розес, а, братей Закри? И они втроем стали пищать-верещать, шо выводок летучих мышей, а я покраснел-взопрел от злости. Сестрейка ’сказала, шо узнала новость от Вольфа, кузея Розес, и с’общила, шо сказанул Биджезус, к’торого она тож’ видала, но по самому делу я не слушал, не. Я клял Мероним и все время призывал на нее кары Старого Джорджи, и никак не мог п’рестать, и эт’ бла’ословение, шо ее той ночью не было в Бейли, не, она училас’ ткачеству у тетушки Биз.

Так шо я спустился к океану и стал смотреть на леди Луну, шоб остудить свое жгучее горе. Помню, на берег выползла, шоб отложить яйца, зеленая ч’репаха, и от злости я чуть было не проколол пикой там и тогда, дескать, коль моя жизнь невыносима, то поч’му ей быть такой у животины? Но я увидел ее глаза, такими древними были ее глаза, шо они видели будущее, ей, и я дал ч’репахе уйти. Потом явилис’ Гиббо и Коббери со своими досками, стали кататься по звездной воде, замеча’льно красивым был серфинг у Коббери, и они звали меня, но у меня не было настроения к серфингу, не, у меня было более трезвящее дело, к’торое требовалос’ провернуть с Аббатиссой в школьной. Ну вот, туда я и отправился и долго-долго излагал ей свои опасения.

Аббатисса, она слушала, но ничуть мне не верила, не, она думала, я прост’ увиливаю от пред’ставления крова Мероним. Ты видел К’рабль, видел их металлические орудия, видел ту малую часть их Смекалки, шо они нам показали. Если бы Предвидящие намечали вторжение в Девять Долин, ты, шо же, по самому делу думаешь, шо мы сидели бы здесь и эт’ обсуждали? Принеси мне доказа’льства, шо Мероним забирается убить нас всех в наших постелях, и я созову собрание. А если у тебя никаких доказа’льств нет, то молчи-помалкивай. Выдвигать обвинения против особой гостьи, это, Закри, прост’ невежливо, и твой па был бы на тебя недоволен.

Наша Аббатисса никогда никого не давила своей безог’ворочной властью, но ты понимал, когда разг’вор исчерпан. Так оно тогда и было, ей, я пред’ставлялся самому себе. Закри против Предвидящих.

Дни вздымалис’ и опадали, и разогрелос’ лето, зеленое-пенистое. Я наблюдал, как Мероним втирается в доверие ко всем жителям Долин, встречаяс’ с людьми и узнавая, как мы живем, чем владеем, сколь многие из нас могут сражаться, и нанося на карту проходы в Долины через Кохалы. У двоих-троих из людей постарше-похитрее я пытался выудить, нет ли у них каких-ни’удь сомнений аль тревог относи’льно Предвидящей, но когда я г’ворил вторжение аль нападение, они, ош’рашенные-’зумленные, начинали пронзать меня гневными вз’лядами, и я, вишь, устыжался и замолкал. Я не хотел, шоб меня запятнала молва. Стал притворяться с Мероним немного любезным, шоб она могла расслабиться и дать своей друж’любной маске слегка соскользнуть и показать, какие за ней таятся истинные замыслы, ей, дать мне какие доказа’льства-свиде’льства, к’торые я мог бы п’редать Аббатиссе, шоб созвать собрание.

У меня не было другого выбора, кроме как ждать-смотреть. Мероним была по самому делу поп’лярна. Женщины поверяли ей реши’льно все, пот’му шо она была со стороны и не п’редавала Старушке Молве никаких секретов. Аббатисса попросила нашу гостью обучать детей числам в школьной, и Мероним согласилас’, ей. Кэткин сказала, шо учи’льница она хорошая, то’ко не учит их ничему сверх Смекалки Аббатиссы, хоть Кэткин знала, шо она могла бы, если бы захотела. Нек’торые школяры даж’ стали раскрашивать себе лица чернилами, шоб походить на Предвидящую, но Мероним велела им всем умыться, иначе она ничему их учить не будет, пот’му шо Смекалка и Цив’лизация не имеют ничего общего с цветом кожи, не, ничего общего.