- Меня зовут Милла Эдж, - начала она.
- Он – пустое место. Ничего не значащая личность.
Двери машины заблокированы – она не глупа. Окна подняты. Но закрыла ли она пассажирскую дверь, когда вышел доктор Коспер?
Сегодня ночью увидела собственными глазами то, что всегда подозревала в поведении Диаса – с самого первого момента, когда он сбил ее с ног и угрожал свернуть шею. Разрушение, на которое он был способен, поистине пугающе, но она не боялась. Он использовал эти черты своего характера, превращал их в оружие против врагов, отбросов общества, которые не соблюдали законы и причиняли ущерб другим. Он побеждал, будучи еще более жестоким, более безжалостным. Что он не делал, так это – не использовал эту силу против людей, которых считал невиновными. Никогда. Милла чувствовала себя в безопасности рядом с ним, словно находилась посреди полицейского отдела.
_________________________________________
- Hola!1– сказал он, ухмыляясь, уселся на пассажирское сидение и закрыл дверь. – Помнишь меня?
- Боже, – невнятно пробормотал Диас, – когда я увидел его с пистолетом у твоего лица...
Завтра она отправится в Нью-Мексико. Цель достигнута лишь частично. Ей нужно найти сына.
Сукин сын! Что он тут делает?
С ней был еще кто-то в машине. Мужчина.
1) Hola - исп. Привет
- Думаешь, он врал? - Милла закрыла глаза, потому что те грязные слова заставили ее сердце сжаться от леденящего ужаса.
– Hijo de la chingada2, помнишь меня? – Спросила она медленно на правильном испанском. – Сукин ты сын, помнишь меня?
Милла не нажала курок, а ее рука начала дрожать под тяжестью пистолета.
Но, в конце концов, удача улыбнулась ему. Один из рыбаков обмолвился своему кузену, что ищейка Диас искал в Матаморосе Энрике Гереро. Эта новость была одновременно и пугающей, и утешительной: это отлично, потому что рыбак также заявил, что Энрике отправился в бега на юг, посему Павин допустил, что Диас последовал за ним. С другой стороны, это плохо, потому что не было никаких сомнений, что Диас найдет Энрике, которому нельзя доверять в том, что он будет держать рот на замке. Ради собственной безопасности он продаст дьяволу родную мать, хотя с такой матерью, как Лола, его никто по-настоящему не осудит. Еще Павин предположил, что доступная Лоренцо информация известна и Энрике. А то, что знает Энрике, быстро станет известно и Диасу.
- За что?
Последние отвратительные слова так никогда и не были произнесены.
Когда Диас задал все вопросы, он остановился, протер нож и вставил его в ножны возле своего ботинка. Он стоял, наблюдая за хныкающим, рыдающим дерьмом у своих ног, а затем достал пистолет из верхней кобуры.
-Я осталась в… - начала она, но ее слова прервал поцелуй: дикий, голодный и настойчивый. Диас приподнял ее, крепко прижался и потерся набухшим членом о ее промежность. Милла мгновенно уступила этому грубому мужскому вторжению, обхватив его руками и всецело отдавшись страсти. Он опустил руку к поясу ее джинсов, щелкнув застежкой расстегнул молнию, засунул руку в трусики и вонзил палец в ее влагалище, одновременно дразня клитор ладонью. Милла задрожала от внезапно нахлынувшего желания, источая влагу на его пальцы, глубже насаживаясь на них всем телом.
Были еще пара пистолетов, о которых стоило позаботиться – он не уничтожил их, как обычно делали Милла и Брайан, вместо этого они забрали их для дальнейшего использования. Его собственная машина была неподалеку: он прилетел в Чиуауа, затем уладил пару дел, о которых не распространялся, и отправился на машине в Хуарес. Это был не один из пикапов, которые Милла видела раньше, казалось, у него неиссякаемые ресурсы. Он организовал, чтоб их подобрали при пересечении границы, как и раньше, позвонил Бенито и сказал где забрать машину, на которой приехали Милла и Рип, и затем перевез их через границу.
Дверь позади него открылась, и другое дуло прилипло к его правому уху.
Интересно, внизу у нее волосы такие же кучерявые, - рассмеялся про себя Павин, впрочем, скоро он это выяснит.
Диас не ответил на вопрос.
Милла долго смотрела на пистолет, потом протянула руку, чтобы взять его.
Павин совершил обход, что далось нелегко, так как здания здесь были построены впритык друг к другу – пришлось продираться в конец улицы через узкие вонючие задние дворы, а затем назад. Павин остановился в тени здания на противоположной стороне улицы, смешавшись с толпой. Она будет искать одиноко стоящего мужчину, а не шумную компанию. К счастью, эта улица кишела людьми, особенно ночью, и большинство были мужчинами, с которыми порядочная женщина не хотела бы встретиться.
Диас все устроил. Он оставил тело Павин там же, чтобы его нашли, его одежду и документы аккуратно свернул и положил на землю возле тела, сверху прижал большим камнем, чтобы все оставалось на месте.
Это должна быть она. Женщина со светло каштановыми вьющимися волосами, такая светлая, почти блондинка. Эти локоны, он особенно помнил эти локоны. Даже ночью, на едва различимом силуэте казалось, что они живут своей жизнью на голове – такие мягкие и воздушные, словно оперение цыпленка.
