Диас овладел ею прямо там, стянув с нее джинсы и сбросив свои, а затем уложив Миллу на кухонный стол. Милла ухватилась за край стола, чтобы выдержать его настойчивые толчки, двигаясь ему навстречу, чтобы полностью почувствовать его внутри. Он успевал ласкать ее всюду, его искусные пальцы стремительно довели ее до оргазма. Затем просто сжал ее бедра и быстро задвигался внутри, пока сам не достигнул пика, упав на нее после того, как в последний раз вошел и кончил. Он вздрагивал в экстазе, горячее дыхание обжигало ей шею.
Диас, но как он мог вернуться так быстро? Идиот! Мысленно обругал он себя. Только потому что сам он не мог лететь самолетом - слишком много контроля и проверок, не означало, что другим нужна такая таинственность. Диас мог вернуться с любого конца страны в считанные часы.
2)Hijo de la chingada- исп. Шлюхино отродье, Сукин сын.
- Я не могу идти домой, - сказал он. - Не смогу опять на нее смотреть. Что теперь будет? Ее арестуют?
- Нет, - поправил его Диас, его тон стал жестче, а обжигающий взгляд приказал не вмешиваться. - То, что они делали, - убийство. А это исполнение приговора.
Павин умрет сегодня ночью. Это решено. Если она не убьет его, это сделает Диас. Он предлагал ей возмездие за то, что совершил Павин.
Милла взглянула на Павина, чувствуя тяжесть пистолета в руке. Это оружие было большего калибра, чем то, что она купила у Блондинки, и обеспечивало попадание в цель, видимо, поэтому Диас дал его ей. Она жаждала смерти Павина последние десять лет, мечтала прикончить его, мечтала задушить его голыми руками. Но она всегда видела себя, убивающей его в ярости, а не хладнокровно и рассудительно.
И преуспел в этом, даже слишком.
Доктор Коспер сообразил, что это и есть скандально известный Диас, и теперь, столкнувшись с ним окончательно понял, насколько оправдана его кровавая репутация. Это был самый опасный человек, с которым Рипу приходилось сталкиваться, и дело было не в его словах или действиях – от него просто веяло смертельной опасностью. Сам Рип онемел от страха, когда на него направили пистолет, а вот Милла неумолкала всю дорогу от Хуареса, когда они неслись по каким-то незнакомым улицам, рассказывая все, что Рип и Милла обсуждали вместе. Услышав, что Рип был анонимным информатором, который свел их вместе, и все, что он мог рассказать о Тру Галлахере, Диас снял Рипа с прицела и засунул пистолет в кобуру, пристегнутую к его ноге, как у истинного стрелка.
Павин остановился, в жилах застыла кровь.
- Никогда больше так со мной не поступай, – сквозь зубы прорычал он.
После Диас не обращал на него внимания, усадив Миллу на пассажирское сидение внедорожника и молча уехав. Рип некоторое время провожал их взглядом, различные варианты развития событий мелькали у него в голове, но ни одного приятного. Он думал о Сюзанне. Затем уронил голову на руль и зарыдал.
Ей не нужно было спрашивать, что он имел в виду. Тот момент, когда пистолет Павина был нацелен ей в висок, тянулся долго и мучительно.
Десять лет он не трахал женщину, которая не была бы проституткой, не спал с желанной женщиной, так или иначе, потому что эта кучерявая сука испортила его лицо. Она заплатит за это. Он будет иметь ее, пока она не станет молить о пощаде. Возможно, он оставит ее на некоторое время в живых, даже после того, как убьет Диаса. Он может отдать ее и другим, пусть тоже попользуются. В конце концов, должен он как-то зарабатывать на жизнь.
- Он не в курсе, что случается ни с одним из младенцев, просто хотел ранить тебя словами.
Он пил уже четверную бутылку пива, когда сообразил, что, возможно, она и не зайдет в забегаловку. Их посещают только проститутки или женщины в поисках приключений. Порядочные так не поступают, а эта сука была порядочной.
- За помощь.
Диас рывком прижал ее к холодильнику, крепко обхватив за талию руками. Испуганная, Милла выронила сумочку и ключи на пол, и посмотрела на его застывшее лицо и суженные от гнева глаза.
- Я тоже держала его на мушке.
Рип и Милла молчали всю дорогу, шокированные произошедшими этой ночью событиями. И только когда Рип открывал свою машину, он поднял полные страданий глаза:
- Хочешь сделать это сама? - С угрожающей вежливостью поинтересовался он. - Это твое право.
- Что ты имеешь в виду? Ты что-то вроде… то есть, хотел спросить, ты работаешь официально?
Павин открыл глаза и рассмеялся. Так или иначе, он умрет сегодня ночью, и он это знал. Ему было без разницы, кто нажмет на курок, но если у него есть последняя возможность помучить ее, он воспользуется этим.
Какова ни была бы причина, уже не важно. Этот доктор Коспер направлялся в «Голубую Свинью» предположительно за ним, Павином. Лучше и быть не могло. Женщина провожала взглядом доктора Коспера, не обращая внимание на… Неожиданно она взглянула в зеркало заднего вида, в боковое зеркало, и Павин застыл. Она не могла рассмотреть его в зеркала, но была более внимательной, более осторожной, чем он предполагал. Нужно обойти ее слева, с его стороны это справа, так он сможет лучше разглядеть ее. Но если он так поступит, она тоже сможет его заметить.
