Фотографии, где он позирует, школьные и студийные. Ещё одна, на ней ему, наверное, год, он обнимает сильно потрёпанного жизнью плюшевого мишку. Сидит верхом на маленьком тракторе-каталке, крепко вцепившись в руль, и «рулит». Она практически слышала, как он изображает звук мотора.
Он был счастлив, здоров, чувствовал себя на своём месте и уверен был в том, что родители его любят. Он не чувствовал нужды в чём-либо ещё, подумала Милла. Когда-нибудь, может, он и спросит, но из чистого любопытства.
Ей удалось изобразить если не совсем улыбку, то, по крайней мере, дружелюбное выражение лица.
Милла подумала, что это вполне достаточное объяснение. Он знал, где живёт Джастин, и это дало ему отправную точку. Хотя в Черлотте живёт полмиллиона людей, он нашёл её, вероятно с помощью нескольких телефонных звонков. Отель тоже не должен сообщать номера комнат постояльцев, но он ждал её за дверью. Как он узнал, что она здесь? И как он узнал, что она собирается выйти? Ей не терпелось узнать ответы на эти вопросы, но она скорее откусила бы себе язык, чем стала бы его спрашивать. Она вообще не хотела с ним разговаривать.
Дэвид поймал её, когда она двинулась к выходу, и горячо обнял, тоже зная, что последняя нить, связывавшая их, разорвана.
Ронда снова потянулась и схватила Ли за руку.
Диас вышел и обошёл вокруг машины, чтобы открыть для неё дверцу. Его тёмные глаза сузились, когда он оглядел её, но он ничего не сказал, просто взял её руку и практически вытянул её с сидения. Милла не знала, смогла ли бы найти в себе силы выйти из машины, если бы не он. Она схватила портфель, но оставила сумочку на полу. Конечно, Диас это заметил, и закрыл двери на замок.
Телепрогноз обещал, что в Черлотте сегодня будет максимум шестнадцать градусов тепла, но при довольно сильном северном ветре, поэтому, собирая вещи, Милла вынула песочного цвета пальто. Она выписалась из гостиницы через телевизор, пора идти. Двенадцать пятнадцать. Милла глубоко вдохнула, убедилась, что губная помада не смазана, оставила ключ от комнаты вместе с чаевыми для горничной на тумбочке у кровати, ещё раз проверила, что все необходимые бумаги на месте в портфеле. Удовлетворённая тем, что сделала всё, что нужно, она расправила плечи, пристроила портфель и пальто сверху на чемодане, перекинула через плечо сумочку и распахнула дверь. И застыла, растеряв весь свой пыл.
Мы с мужем развелись через год после похищения Джастина. Множество браков распадается после смерти или потери ребёнка. В разводе была виновна в основном я - нет, только я, потому что я больше не хотела быть женой Дэвиду. Я была слишком занята, ища Джастина. Пока я была занята этим, я основала организацию, состоящую главным образом из добровольцев по всей стране, которые мобилизуются на помощь в поисках, когда кто-нибудь теряется, или проверяют дороги во время «Янтарной тревоги»2. Мы разыскиваем убежавших, на поиски которых у полиции не хватает денег или персонала. Мы... - Она повторяет свою стандартную речь, осознала она. Милла ещё раз набрала воздуху.
Ронда, вскрикнув, отстранилась назад, лицо её стало белым, как бумага. Ли вскочил на ноги, яростно сжав кулаки.
- Я Ли Уинборн, а это моя жена, Ронда, - сказал Ли, автоматически пожимая руку сначала ей, потом Диасу. Кисти Ли были сильными и немного загрубевшими; он любил играть в гольф, ловить рыбу, иногда поохотиться. Он тренировал команду Джастина – Зака по ти-болу, и помогал тренировать его футбольную команду. Ему было сорок четыре, на одиннадцать лет больше, чем Милле, он был крепким мужчиной, в уголках его голубых глаз было немного морщинок от солнца, в тёмно-русых волосах не было видно седины. Ронда была среднего роста со светлыми волосами, она была модно подстрижена и со вкусом накрашена. Она была стройной женщиной, одетой сегодня в брюки с узкой талией и симпатичный французский синий свитер, который придавал голубой оттенок её серым глазам. По их виду, подумала Милла, никто бы не заподозрил, что Джастин не их родной сын, если они сами не сказали бы. Зак. Ей нужно помнить, что его теперь зовут Зак.
Приятный женский голос ответил на четвёртом звонке, заметно растягивая «о», - Милла уже знала, что это характерный акцент каролинцев.
1) Doogie Howser, гениальный подросток-врач, герой одноимённого телесериала.
Ронда молча кивнула. Ли сказал:
Она даже не посмотрела на него, просто продолжала идти рядом, и он привёл её к тёмно-синему «джипу-либерти». Ей приходилось достаточно трудно и так, и не хотелось думать о том, каково ей будет, если она будет «усложнять». Северный ветер, о котором говорили в прогнозе погоды, пробирал её сквозь одежду, и она пожалела, что не надела пальто прежде чем выйти наружу. Милла сосредоточилась на том, как она мёрзнет - что угодно, чтобы не думать о Диасе или о том, что ей предстоит.
- Если ты отвезёшь меня куда-нибудь кроме дома Уинборнов, клянусь, я....
