– Если это доставит вам удовольствие, Госпожа, – ему удалось выдавить правильный ответ, но он прозвучал полузадушено, за что Мастер Алекс его скорее бы наказал, нежели вознаградил.
Рука Госпожи скользнула в его волосы, и она резко дернула голову Бена назад, прижимаясь своей гладкой щекой к его. Неясная дрожь пробежала вдоль его позвоночника, когда Бен осознал, что находился полностью в ее власти, разумом, телом и членом.
– Я не спрашивала, что доставит удовольствие мне, Бен. Я знаю, что именно порадует меня. Я спросила, получишь ли ты удовольствие, почувствовав прикосновение моего флоггера к твоей коже.
Пару мгновений Бен не отвечал – не мог. Ни одна Госпожа никогда не спрашивала о том, что будет приятно ему. Его удовольствие было результатом того, что он удовлетворял Госпожу, и ни одна из них никогда не выказывала и малейшего желания узнать, делали счастливым его их действия. Дьявол его побери, если в эту минуту вся кровь Бена не покинула его голову и не устремилась к члену, одна и та же мысль постоянно повторялась у него в разуме. Поэтому он дал Госпоже Си единственный ответ, который мог, единственный, который знал, что должен был дать.
– Мне доставит удовольствие повиноваться вам. Я существую для того, чтобы исполнять ваши желания.
Стейси хотела закричать от разочарования. Вместо этого она прикусила его ухо, впиваясь зубами в мягкую плоть мочки. Бен вздохнул и потянулся к ней.
Она отпустила его и отодвинулась.
– Перестать мне давать долбанные ответы, которые нашел в «101 факт о БДСМ», Бен, и ответь мне честно. Ты хочешь почувствовать прикосновение моего флоггера к своей спине?
Бен склонился вперед, коснувшись лбом стены, и покачал головой. Стейси не приняла его ответа. Она узнала, задолго до того, как он коснулся ее плоти своим волшебным языком, что, пусть Бен и был обучен, но моделировал свою реакцию, опираясь на информацию, найденную в интернете или в одной из миллиона книг о подобном образе жизни, которые были только доступны заинтересованному новичку.
Алекс обучил его основному, но она не была Алексом. И Стейси не были нужны общие слова. Она желала большего, и хотела услышать это от самого Бена, и прямо сейчас.
Стейси опустилась на колени позади него, притягивая его к себе, обвивая руками его торс.
– Скажи мне, Бен. Скажи, чего ты хочешь. Тебе нужно, чтобы Госпожа взяла тебя?
Он все еще отказывался отвечать; его плечи словно окаменели от напряжения. Стейси опустила руку и обхватила ладонью головку члена, заставляя плоть вновь подняться.
Ее хватка усилилась, заставляя Бена с шипением втянуть воздух сквозь сжатые зубы. Другой рукой она провела рукоятью флоггера между его ягодиц. Бен сжал бердами ручку, краска поднялась по его шее, румянец залил все лицо вплоть до кончиков ушей.
– Скажи мне, Бен. Скажи, что тебе нужно. Как именно тебе необходимо отдаться мне, -шептала она ему на ухо. Его плечи задрожали, и Стейси почти отступила, почти вышла за дверь, оставляя его одного… почти.
– Бен, – выдохнула она, и его голова резко поднялась.
– Трахнуть меня, – его голос был рваным шепотом, таким низким, что Стейси едва уловила полные нужды слова.
– Кто должен трахнуть тебя, Бен? Зачем кому-то это делать? – она была неумолима; но именно это ему и было нужно. Бену было необходимо отпустить весь свой страх, гнев и сдержанность. Она не сможет доставить ему абсолютного удовольствия, если он сам не признает, чего именно хочет.
– Проклятье… вы. Мне нужно, чтобы вы трахнули меня. Необходимо, чтобы вы взяли меня, сделали своим, – голос Бена был хриплым, грубым и полным отчаянья. – Черт, это вам было нужно услышать?
Стейси даже не пыталась остановить слезы, хотя и отодвинулась достаточно далеко, чтобы Бен не ощутил влаги на своей спине. Вот он настоящий Бен, не мужчина, играющий роль, а мужчина страдающий от нужды. И она собиралась удовлетворить эту потребность, так же, как и он дал ей то, что она жаждала.
Стейси прижалась губами к его шее, и Бен напрягся.
– Именно это мне было нужно услышать, раб.
– Думаю, я ненавижу вас, – выдохнул он. Стейси погладила его грудь, живот, провела кончиком языка по его плечам.
– Все хорошо, Бен, – прошептала она против его влажной кожи. – Порой я и сама себя ненавижу.
На глаза Бена набежали слезы; настоящие, полные боли, рвущие душу на части. Эта женщина забралась к нему во внутрь и вытащила наружу все его невысказанные желания, то сокрытое и запретное для него, что он никогда не произносил вслух, но о чем всегда мечтал.
Бен жаждал почувствовать женщину за своей спиной, покрывающую его, берущую его, дарующую то освобождение, которого он так отчаянно жаждал
Ни одна Госпожа до этого не смогла понять этого; даже Мастер Алекс, казалось, не догадывался о тайной одержимости Бена. Как же она смогла это понять столь ясно за такой короткий промежуток времени?
Бен почувствовал прохладную смазку, которую Госпожа наносила на расселину между его ягодиц, медленно скользя к тугому кольцу мышц, это ощущение заставило член дернуться и увеличиться. Ее палец скользнул в него, и Бен расслабился под ее прикосновениями.
