Если вы можете все – это не значит, что счастливая и спокойная жизнь вам гарантирована. Москвич Иван Загралов давно в этом убедился. Ведь иномирское устройство сигвигатор, способное создавать полноценные фантомы других людей, не в силах подсказать Загралову, в каких целях их использовать. Тут уже нужно соображать самому. Одно дело – мстить всякой уголовной шушере, другое – бороться с происками иностранной разведки, не гнушающейся никакими средствами, а третье – вступить в новый бой с прежним обладателем сигвигатора. Наделенный почти сверхъестественной силой, Безголовый не унимается, и Ивану Загралову приходится туго…
За огромным, во всю стену, окном открывался великолепный вид на Москву. Центр города, с одним из самых красивых проспектов и половиной Кремля, смотрелся как на ладони. Светило солнце. Мчались куда-то вечно опаздывающие горожане. Сплошными вереницами разноцветных пятен поблёскивали автомобили. За окном бурлила жизнь.
Тогда как внутри помещения, где царил густой полумрак и не раздавалось ни звука, казалось, ничто уже не шевельнётся, застыв в вечном покое. Настолько дряхлыми и старыми выглядели двое восседающих в креслах мужчин и настолько тусклыми, казалось бы, безжизненными взглядами они уставились друг на друга. Статуи и то выглядят более одушевлёнными. Стариканы или в самом деле умерли, или им настолько некуда было спешить. Минут пять прошло с момента нахождения в креслах, пока хозяин этих роскошных апартаментов, так ни разу не моргнув, почти не открывая рта, заговорил:
– Всё пытаюсь вспомнить, сколько мы с тобой не виделись? Двадцать три?..
– Проклятый разжиревший склероз уже вовсю пасётся на ниве твоей памяти, – без тени эмоций отозвался гость. – Двадцать четыре… с половиной прошло.
– Хм! А кажется, словно вчера это было… Хочешь чего-нибудь выпить?
– Пока не хочу… напился в дороге. И честно говоря, знал бы, как она меня утомит, настаивал бы на твоём приезде ко мне.
– Увы, Леон! Такой дальний перелёт я уже не переживу.
– Значит, наша встреча последняя, Поль! Больше ты меня не уговоришь на такую авантюру… Или ты уже привык к обращению Пётр? Кстати, всё хочу спросить, почему не Павел?
Владелец апартаментов только чуть шире рот открыл, обозначая смех:
– Ха. Как хочешь, так и называй, только в печь не засовывай. Так русские говорят… Хе-хе! Да и вообще… я здесь Петром родился, Петром и умру.
После смешка собеседника некие эмоции прорезались и в голосе Леона:
– Совсем обрусел? – ехидничал гость. – А обратно в Европу не тянет?
– Плевать я на неё хотел. Где мне хорошо, там и живу. Да и тут самая что ни на есть Европа. М-да… – Поль, он же Пётр, покрутил затёкшей шеей и сменил положение тела в кресле. – Но раз мы с тобой в загул не пускаемся… как в былые годы… то давай перейдём к делу?
– Давай… раз уж ты не доверил такую беседу обычному скайпу. Или телефону…
– Хе-хе! Доверишь тут! Я даже сейчас не чувствую уверенности в том, что нас не подслушивают. Но раз ты уже приехал…
Гость сразу задвигался в кресле, подобрался и словно скинул с себя десяток лет:
– Всё настолько серьёзно? Тогда пусть несут кофе со сливками и сухарики. Я тогда лучше соображаю.
Не прошло и пары минут, как примчавшаяся прислуга всё, что надо, поставила, расставила, оставила и бесшумно удалилась. А хозяин апартаментов, тоже несколько оживший, взбодрившись первыми глотками кофе, приступил к изложению проблемы:
– Наше количество осталось прежним, а вот Туза Пик, как он себя пышно именовал и которого мы называли Тузиком, уже нет в живых. Всё-таки не внял нашим предупреждениям, рекомендациям и советам и сложил голову в попытках отвоевать свой сигвигатор. А ведь мог бы преспокойно протянуть ещё лет тридцать безбедной жизни… Ведь обладатель может одного фантома удерживать до пятисот суток без сигвигатора! А если их больше сорока? Этот идиот мог до старости дотянуть, а потом ещё и до нашего возраста в роскоши, достатке и полной безопасности.
– Дураку и бузотёру одна дорога – в могилу! – с каким-то облегчением выдохнул Леон. – И кто его умудрился убрать: Волох или Адам? Или эти два трусливых антагониста в кои веки объединились и действовали сообща?
– Нет, они к уничтожению Туза вообще не причастны. Я проверил.
– Что значит проверил?! – стал повышать тон собеседник в явном удивлении. – Ведь кроме тебя тогда – больше некому! Или объявился какой-то наследничек из родни да влез в тайны папочки?
– Ты ведь знаешь, что Туз никогда с сигвигатором не расставался, подсадить его было некому. Так и воевал болезный с Адамом и Волохом, причём кроваво, жестоко и… бессмысленно. Не раз я его предупреждал, что обладание вторым устройством ему никаких льгот или преференций не даст, так он и слышать ничего не хотел… А скорей всего это у него натура такая мерзкая и скотская, потому не поверю, что нападал он из чисто спортивного интереса.
– Да… уж! Он такой… был…
– И вот в одной из кровавых разборок с Волохом Туз при невероятном стечении обстоятельств потерял свой сигвигатор.
– Как это потерял?! – воскликнул Леон уже совсем иным, вполне сочным баритоном. – И не смог тут же его отыскать?
