Возможно, на мне и нет золотых доспехов, но есть шарф. Я стараюсь так развернуть плечи, чтобы шелковый узел был освещен. Даже мои пальцы сегодня совершенно естественны. Краем глаза я замечаю папу, Фрэнки и Кассандру, и все они наблюдают. Но всё в порядке. Они смотрят на Зену, и Зена крутая, уверенная и у неё всё под контролем.
– Вот так, принцесса. Смотри прямо на меня, – говорит Тина, щёлкая камерой.
Я смотрю в объектив. Я смотрю прямо в него и сквозь него. Это больше не пугает. Я уверена, что в руках Тины он тоже понимает меня.
После фотографий Тина заставляет меня снять короткое видео. Я просто должна назвать своё имя, место проживания, и упомянуть Модел Сити. Затем мне нужно повернуться слева направо, чтобы продемонстрировать свой профиль. Я чувствую себя немного глупо, но Тина предлагает мне записать пробный вариант. Когда всё закончено, она усмехается.
– Превосходно! Ты была совершенно естественной, принцесса. У нас всё получилось с первого дубля. Вот его мы и используем.
Только Тина может меня так успокоить. Вне всяких сомнений: мы понимаем друг друга. После целого лета ощущения себя "очень обычной", я удивлена тем, что, возможно, во мне "что-то есть".
– Вот и всё, – говорит она. – Вы можете поболтать, пока я включу макбук в спальне и просмотрю ролик.
– Мы уже закончили? – спрашиваю я. Моя предыдущая пробная фотосессия длилась несколько часов.
– Наверняка, – говорит Фрэнки с усмешкой. – Тина знает, чего хочет, и всегда этого добивается. О, извините.
Она встаёт, чтобы ответить на стук в дверь.
– Ник, привет! Заходи.
Она отодвигается в сторону, и Ник входит в комнату. Я замечаю старую выцветшую розовую футболку под потрепанной курткой. Моё сердце на миг замирает, затем начинает стучать, как ритм-секция большого духового оркестра. Он сердито смотрит из-под новых очков – с крутой круглой оправой, а его пальцы перемазаны чернилами. Пожалуйста, пусть он заметит, что я облачена в небесно-голубой шёлк, подчеркивающий мои глаза, а не то, что я полураздета. Пусть он спросит у меня что-нибудь о Мэн Рэе, чтобы я могла умно ответить и показать, что я подготовила домашнюю работу. Пожалуйста, пусть он хотя бы взглянёт в мою сторону.
Но он не смотрит. Избегая взглядом всю мою сторону комнаты, движется прямиком к дивану, на котором сидят Кассандра и мой папа.
– Вот, мам, у меня нет времени. Парни ждут на лестнице.
Он даже не заметил меня. Это весьма подавляюще. Я опускаюсь в ближайшее кресло и делаю вид, что вовсе и не ожидала приветствия.
Кассандра вздыхает.
– Подожди минутку. Ключи где-то в моей сумке.
Её сумка огромна – дамская сумочка размером с чемодан, модная в этом сезоне. Пока Кассандра копается в глубине сумки, выходит сияющая Тина.
– Милые, я СОВЕРШЕННО ПОТРЯСАЮЩА. О. Здравствуй, Ник.
Кажется, даже Тина немного покорена Кошмарным Мальчиком. Я не думала, что такое вообще возможно. Но по тому, как сердито он на неё взглянул, я поняла, что у них есть своя история. Она отвела от него взгляд и сосредоточилась.
– Вот оно. То, что надо. У неё есть ВЗГЛЯД. Это всё, что я вам скажу.
Кассандра прерывает свои поиски и поднимает на Тину взгляд.
– Правда? Можно взглянуть?
– Разумеется.
Обе уходят назад в спальню смотреть фотографии на компьютере. Фрэнки ухмыляется мне и присоединяется к ним. Я сижу, как лимон, в своём кресле, не зная, что делать. Папа совершенно не замечает неловкости, встаёт и подходит познакомиться к Нику.
– Привет. Я Стефан Траут. Отец Тед. Рад познакомиться с тобой. Извини, что заняли твою маму сегодняшним вечером.
По крайней мере, Ник жмёт папе руку. Затем пожимает плечами.
– Не беспокойтесь. Это нормально. Мама – раб своей работы, – он саркастично смеётся и сердито смотрит в направлении спальни. – Ну, вы понимаете, модельный бизнес на первом месте. Так мы всегда говорим. Я имею в виду, это вопрос жизни и смерти, верно?
Папа кашляет. Он, наконец, осознал напряженность беседы. Папа терпеть не может напряжение. Мы все смущенно молчим пару секунд.
Затем Ник встряхивает головой.
– Постойте. Вы сказали Траут? Тед Траут?
Папа смущенно улыбается и поправляет себя.
– Тед Ричмонд. Простите. Постоянно об этом забываю.
Ник машет рукой, словно он и близко не интересуется моей новой фамилией. Затем он, наконец, смотрит в моём направлении, поднимает брови и окидывает меня взглядом с головы до ног: практически отсутствующие волосы, макияж, импровизированный топ, расстегнутое платье. Я не такая, какой он видел меня в последний раз, на кухоньке Сэба, в маминых мешковатых штанах для йоги.
– О, это ты, – удивленно сказал, слишком долго пялясь на меня. Но Ник не только не выглядит впечатленным, он выглядит совершенно разочарованным. – Так они всё-таки заполучили тебя? Когда мама говорила о новой девушке, я не понял, что речь о тебе.