Я чувствую себя точно так же, как и в день "девушки в трусиках", когда мне пришлось надеть севшую после неправильной стирки юбку. Или в тысячу раз хуже. Глаза жжет. Честно говоря, я и не думала, что когда-то снова испытаю подобное. Где же Зена, когда я так в ней нуждаюсь? Миранда подходит ко мне и притворяется, что поправляет мой блеск.
– Не обращай внимание, – шепчет она. – Он очень обидчивый. Тебе просто нужно следовать его рекомендациям. Всё будет прекрасно, обещаю.
Так что я снова пытаюсь тлеть, игнорируя то, что змеи сваливаются с меня слева, справа и по центру, и что запах перегревшейся резины вызывает у меня тошноту, и что, если бы мне только правильно удалось показать мой воинственный взгляд, я уверена, всё смотрелось бы куда лучше. Рудольф делает ещё несколько фотографий, но он по-прежнему бегает к монитору и выглядит разочарованным.
– Извините! – окликаю я. – Прошу прощения. Я растерялась. Можно... можно прерваться на минутку?
Рудольф вздыхает, смотрит на часы и опускает камеру. Очевидно, что я впустую трачу чужое драгоценное время.
Стилист Джо подходит ко мне.
– Тебе что-нибудь нужно, малышка? Принести тебе что-то?
Я мотаю головой.
– Только халат.
Она держит его передо мной, пока я вылезаю из ванной и бреду в примерочную. Там к нам присоединяется Диана, с обеспокоенным взглядом разглаживая свою юбку от Армани.
– Что-то случилось? Ты хорошо себя чувствуешь? – спрашивает она.
– Это не совсем то, чего я ожидала, – объясняю я. – Ему нужно что-то... другое. Я знаю, как быть воительницей, но не вулканом. Я не уверена, что справлюсь с этим.
– Ну, разумеется, справишься! – твердо говорит Диана. – Ты можешь показывать больше, чем одно выражение, верно? Ты действительно блистала на тех тестовых снимках. Ты идеально подходишь для этого бренда. Тебе просто нужно быть профессионалом, вот и всё.
Сейчас её голос тоже звучит резко. Но она видит мой взгляд, дрожащие губы и кое-как выдавливает из себя подбадривающую улыбку.
– Давай! Тебе понравится.
Она протягивает руку, чтобы стереть слезинку в уголке моего глаза.
– Тысячи девушек умоляли бы своих бабушек, чтобы поработать с Рудольфом. Я знаю, тебе кажется, что он давит на тебя, но это потому что он хочет получить великолепный результат. Это не просто рекламная кампания – это искусство. Тебе просто нужно быть храброй и рискнуть, Тед. Вот как тебя заметили.
Через пять минут и три съеденных клубнички в шоколаде, я снова нахожусь под лучами софитов, с подправленной причёской и макияжем, стараясь быть профессионалом. Змеи разложены вокруг меня. Не так много, как раньше. Возможно, бикини со стрингами. Вязаное бикини со стрингами. Я опускаю взгляд, чтобы убедиться, что ничего лишнего не видно. И всё прикрыто – пока ещё. Но даже папа не видел меня в таком неприкрытом виде с глубокого детства. Если Дин Дэниэлс... Фу. Определенно, отвратительно. Мысль вызывает у меня тошноту. И они собираются поместить фотографию на заднюю обложку миллиона журналов...
Эрик показывает Рудольфу поднятый вверх большой палец. Blondie снова врубают на полную громкость.
– Лучше, – говорит Рудольф, – ещё раз. Хорошо, а теперь, очаровашка, мне нужен пугающий взгляд. Достаточно. Добавь огня. Подумай о своем парне. Думай о вашем прощальном поцелуе.
Непонятно почему, я думаю о Нике. Я сразу вспоминаю каждое сказанное им во время ночного звонка слово, и насколько он заблуждается насчет Авы, и как сильно он меня взбесил. Рудольф в ужасе отрывает взгляд от камеры.
– Хорошо, не о нём. Нам нужно что-нибудь... кто-нибудь... Кто тут самый привлекательный?
– Эй! – Диана хихикает, все ещё глядя в монитор. Я не представляла, что она может хихикать. Не похожа она на хихикающую дамочку. – Незачем спрашивать, Руд.
Все смеются. Не понимаю, почему. Затем краем глаза я замечаю, что Эрик вздыхает. Он пожимает плечами и выглядит немного смущенным, но только слегка. Эрик явно привык к разговорам о том, какой он милый, и я не удивлена, потому что здесь он самый очаровательный...
– ВОТ! Вот ОНО! – Рудольф возвращает камеру в нужное положение и начинает щёлкать. – Диана, как это смотрится? Продолжай в том же духе, малышка.
Он снова подходит к монитору, чтобы оценить отснятый материал, пока я пытаюсь удерживать верное выражение лица. Я стараюсь изо всех сил. Правда. Я думаю о деньгах. Пытаюсь притвориться, что не пялюсь на жениха супермодели, которую я никогда даже не видела, и что все в этой полной профессионалов мира моды комнате не знают, что я в тайне мечтаю о нём. И что я не сижу полуголая в ванне с вонючими искусственными рептилиями. И притворяюсь вулканом. И что я не АБСОЛЮТНО ПОДАВЛЕНА.
