Обман зрения полностью

Разговор, к слову сказать, был коротким. Я быстро пересказала, куда мы угодили, опустив, разумеется, момент с хозяином таверны, и все. Правда, и о говорящих скелетах по совету подруги тоже умолчала. По всему выходило, что это Леар настолько умный, что легко определил, где находится портальный зал. Надеюсь, моя версия событий не сильно отличалась от версии мага.

Когда за леди Загрыз закрылась дверь, я выдохнула с облегчением. Несмотря на то, что она походила на этакую бабушку-божий одуванчик, цепкий взгляд и плотно сжатые губы давали понять, что этой женщине под горячую руку лучше не попадаться.

— Кхем, — первой пришла в себя Ринга, — а время близится к завтраку.

— Угу, — выдавила из себя, продолжая смотреть на закрытую дверь.

— Одеваться пора.

— Ага, — сегодня я была немногословна.

— Мария, — позвала подруга.

— Странная она какая-то, — нахмурившись, проговорила и спустила ноги на пол. — Ворвалась, расспросила и тут же умчалась. Я и проснуться толком не успела.

— А чего ты хотела от глубоко пожилой женщины? — хмыкнула огневица и встала с кровати. — Давай поторопимся. Пусть и ели мы несколько часов назад, но завтрак — это святое. Его пропускать чревато.

А кто спорит-то? И пусть выбираться из постели не хотелось, я собралась с силами и приступила к сборам. А ведь еще надо было сумку проверить, нужные ли учебники и тетради там лежат.

Осталось пережить знакомство с «родителями» и жизнь вернется в прежнее русло. Возможно. Так что не время унывать. Все будет хорошо. А с Леаром мы еще встретимся и не раз. На танцах. Там и поговорим, если получится.

Пока собирались на занятия, не могла не порадоваться тому, что крылатая почтальонша так и не удостоила нас своим визитом. Конечно, новость о том, что я, то есть Эвелина, вернулась, очень скоро доберется до воздыхателей этой эффектной блондинки. Но не сейчас. Хотя бы одно утро я смогу насладиться покоем и отсутствием этих многочисленных признаний в любви, облаченных в красивые слова и написанные аккуратным почерком на белой бумаге. Которую парни понапрасну изводили, стремясь достучаться до сердца девушки. Стервы, если на то пошло. Она ведь играла чувствами, словно дергала за нити кукол-марионеток. А эти марионетки в свою очередь хотели поиметь с ее расположения какую-то выгоду. Ну, это мои предположения.

— Мария? — видя, как я закопалась в шкафу, перебирая многочисленные туфли Эви, окликнула меня подруга. — Ты еще долго?

— Как плохо, что мы так и не дошли до обувного… — пыхтя от напряжения, пожаловалась ей в ответ.

— Бери первые попавшиеся и надевай, — правильно расценив мои слова, посоветовала Ринга. — Уверяю тебя, в любых будет неудобно. Если брюки и теплое пальто еще можно было там отыскать, то обувь без каблука Эвелина вообще не считала за обувь.

— Тебе легко говорить, — я с тоской посмотрела на самые «безобидные» на мой взгляд «шпильки», — а мне что делать?

— Надевать их, — кивок головы на отложенную мной пару, — и бежать на завтрак.

Пришлось признать, что это единственное правильное решение в сложившейся ситуации. У меня ведь нет времени сидеть и скорбеть о том, что буду вынуждена снова весь день проходить на этих пыточных колодках. Как копыта, честное слово. И звук, когда ускоряешь шаг, получается как у цокающей по асфальту козы, а не как у прекрасной невесомой феи. Можно было бы сравнить это «дефиле» с показом мод, однако, думаю, модели топают по подиуму не тише, чем я по коридорам Института благородных магесс. Просто там громкая музыка, которая и спасает положение манекенщиц.

Постаравшись забыть о забеге на каблуках, в течение всех выходных по лесной глуши, решительно сунула ноги в нежно-голубые туфли. Которые хорошо сочетались с белым, но, тем не менее, строгим платьем. Оно кокетливо выглядывало из-под мантии, однако было совершенно не практичным из-за цвета. Но деваться было некуда. Себе я дала мысленный приказ этим же вечером основательно разобраться в гардеробе Эвелины. Все самое вызывающее — убрать подальше, а извлечь на свет божий то, что было еще «куда ни шло». Исходя из масштаба катастрофы, потом сходить и докупить брюки, туники и так далее по списку.

— Привет…

Мы с Рингой шли по коридору, и я уже чисто на автомате здоровалась со своими «подружками». Лица у них, прямо скажем, были обескуражены. А у некоторых даже раздосадованные. Конечно, звезда обоих Институтов так быстро нашлась. Причем, в целости и сохранности, пышущая здоровьем и цветущая, как майская роза. А я что? Пользуясь ангельской внешностью Эви, мне прекрасно удавалось изображать на своем лице безмятежность и счастье от столь скорого возвращения из вынужденной ссылки. Про которую, кстати сказать, меня особо никто не расспрашивал. Впрочем, подозреваю, все это еще впереди. Не знаю, как владелица моего временного тела, но я прекрасно видела, что мне тут не рады. И изредка об этом намекала чересчур расстроившимся девушкам. С которыми Эвелина с недавних пор стала все меньше и меньше общаться.

— Привет…

Я дружелюбно взглянула на обернувшуюся к нам брюнетку, которая, обогнав, быстро скрылась в дверях столовой.