Мы начали расспрашивать обитателей, надеясь узнать, где находится Алекс, и столкнулись с враждебной недоверчивостью. Нам задавали вопросы: «Кто вы такие? Что вам нужно?» – и советовали обратиться в администрацию. Управляющий, приветливый индиец лет шестидесяти, возвратился на закате, привез мешки с рисом и другими продуктами. Имя Александра Рейнера ничего ему не говорило, но, увидев снимок, он воскликнул: «А, Алекс!» – и сообщил, что тот прожил у них два месяца, а ушел две недели назад. Неизвестно куда. Сказал, что ашрам принимает слишком много американцев и австралийцев, а ему нужно тихое место, где будет больше индийцев, озабоченных поиском внутренней истины и мудрости. Управляющий слышал, что Алекс присоединился к одному
– Чтобы туда добраться, нужно преодолеть две с половиной тысячи километров! – воскликнула Дина.
– Алекс может остановиться в одном из сотен ашрамов, которые встретятся ему по пути.
Мы решили не возвращаться в Тривандрам на ночь глядя, и управляющий предложил приютить нас вместе с водителем. В каждом домике было от трех до шести комнат спартанского образца: циновка на полу, деревянный стул и умывальник.
Нас с Диной определили в разные дома – как одиночек. Повар уже ушел, но мы получили горячий ужин в столовой и приглашение присоединиться к коллективной медитации. Дина поблагодарила и отказалась, сославшись на раннюю побудку.
Стыдно признаться, но у меня было карикатурное представление об ашрамах. Я считал, что там живут обкуренные глуповатые хиппи с цветами в волосах, сбежавшие от реального мира в поисках рая на земле.
Сидевшие рядом с нами канадки и американка не выглядели отчаявшимися. Они решили подвести промежуточный итог и теперь оценивали прошлое, думали, как жить дальше, искали в своих душах точку опоры, которая поможет им справиться с противоречиями, забыть о болезненных неудачах и провалах. Во внешнем мире подобная работа над собой считалась бы слишком мучительной и вряд ли могла быть осуществлена. Женщины искали себя, и это не было ни бегством от мира, ни уклонением от реальности, ни сведением счетов. Они не стали изливать нам душу, потому что пришли в ашрам не за жалостью, а чтобы стать сильнее и двигаться вперед.
Мне показалось, что Дина сейчас заплачет, она выглядела подавленной и очень уязвимой, но девушка горько улыбнулась и сказала:
– Ничего не получится. В Индии тысячи ашрамов, и не все зарегистрированы. Каждый день появляются новые, иногда люди снимаются с места вслед за своим гуру. Никто не обязан с нами разговаривать, отвечать на вопросы. Думаете, у нас остался хоть малейший шанс?
– Все кончено, Дина. С меня хватит. Пора остановиться. Рейнер-старший хотел убедиться, что с его сыном не случилось ничего непоправимого. Мы знаем ответ. Алекс принял решение осознанно, без принуждения. Зачем его преследовать? Что мы ему скажем, если найдем? Этому человеку тридцать три года, и он волен жить как хочет.
– Согласна.
– Как-то раз вы сказали, что у Алекса были проблемы с матерью. В чем именно они заключались?
Дина пожала плечами и ответила не сразу. Я понял, что она решила отступиться.
– Вы вряд ли сумеете представить всю важность нашей с Алексом встречи. Он был первым мужчиной, который не хотел мной попользоваться, а считал равной. Алекс был благородным и щедрым, умел слушать, и мне хватило храбрости рассказать всю историю. Всю – в таких деталях, которые обычно хранят под замком на чердаке мозга. Я до сих пор не разобралась, почему Алекс вызывал у меня полное доверие, но я точно знала: этот мужчина меня не осудит. Наверное, потому, что он англичанин и считает деление общества на касты пережитком прошлого. Однажды вечером я вспомнила мать, которой мне так не хватало. Я убежала из дома, но не забыла, как ужасно отец обращался с мамой, а она терпела и говорила: «Раз уж выпала такая участь, нужно смириться…» Алекс ответил, что тоже ненавидит своего отца, но больше ничего не сказал. Воспоминания причиняли ему боль. Потом он открылся мне:
– Конечно.
– У вас был отсутствующий вид… Знаете, Алекс часто говорил мне о вас – о человеке по прозвищу Об-мани-Смерть, и по удивительному совпадению именно вы приехали разыскивать его.
