– Потому что я тебе доверяю. Я всегда тебе доверяла.
На его губах появляется нежная улыбка. Он оценивающе смотрит на меня.
– Я тоже всегда тебе доверял. В день нашего знакомства ты застукала меня плачущим в женском туалете и ни разу об этом не упоминала.
Я хихикаю.
– Ты когда-нибудь расскажешь, что это было?
Его нога касается моей под столом. Легонько, но намеренно, и я не отстраняюсь.
– Может быть, когда-нибудь.
Он задевает мой каблук и ногой касается обнаженной кожи. Вы только посмотрите на меня: я заигрываю с мужем, прикасаясь к нему под столом, сидя в местном «Чили».
– Кен, если ты действительно этого хочешь, я готов.
Официант приносит нам еду. Мы оба заказали бургеры: Исайя с картошкой фри, а я с картофельным пюре с соусом на гарнир, потому что это звучит вкусно, и я никогда не была в ресторане, где к бургеру можно заказать картофельное пюре.
Мы приступаем к еде, но Исайя не отодвигает свою ногу от моей.
– Да, я так хочу.
– Хорошо. – Он откусывает огромный кусок и улыбается мне с набитым ртом.
Я делаю то же самое и бормочу:
– Хорошо. – Перегнувшись через стол, хватаю у него горсть картошки фри.
– Прошу прощения?
– Что? – не понимаю я. – Мы женаты. Что твое, то мое.
Он шутливо усмехается.
– Кенни, я хочу разделить с тобой свою жизнь, а не еду. – С этими словами Исайя протягивает руку и подцепляет вилкой мое картофельное пюре.
Я аккуратно подкладываю картошку фри внутрь бургера, а он с ужасом наблюдает за этим.
– Что? – Теперь булочка слегка хрустит. – Оставь меня в покое.
– Напомни еще раз, почему я на тебе женился.
Я откусываю еще и, одетая в коктейльное платье за две тысячи семьсот долларов, говорю с набитым ртом:
– Потому что ты мною одержим. Помнишь?
Я знаю, что наша свадебная песня звучит в его голове, как и в моей. Это ясно по понимающей улыбке, с которой он смотрит за тем, как я ем.
– Знай: ты никогда не была такой сексуальной, как сейчас.
– Спасибо. – Я слизываю капельку кетчупа с губ.
Он внимательно наблюдает.
–
Остаток вечера проходит в том же духе. Его ноги обвивают мои, мы с аппетитом едим. Ужин получился жирным, сытным и вкусным, а беседа – непринужденной, без упоминания моих проблем в интимной сфере, которые я надеюсь исправить.
Я рада, что мое платье неплохо растягивается, потому что Исайя заказывает на десерт торт с растопленным шоколадом, тот исчезает ошеломляюще быстро: таково завершение моего лучшего ужина.
Конечно, речь и о еде, но в основном – о компании.
– Зачем мы это делаем? – спрашиваю я у Миллер, когда мы обе принимаем позу «собака мордой вниз» в моем гостиничном номере в Сент-Луисе.
– Считается, что йога помогает снять стресс.
Я смотрю на нее, стоя вниз головой.
– У тебя стресс?
– Нет. Но у тебя должен быть. В конце концов, ты замужем за моим деверем!
Я тут же начинаю хохотать, и мой смех становится только громче, когда Макс, племянник Исайи, повторяет нашу позу: руки и ноги на земле, пятая точка кверху.
– Хорошая работа, Букашечка! – подбадривает Миллер. – Ты лучше и меня, и тетушки Кен!
Миллер и Кай уже давно величают меня тетушкой Кен. Но теперь, став тетей Кен официально, я чувствую себя немного по-другому.
Стоя лицом к окну, я растягиваюсь. Мы были в пути больше недели, и мое тело напряжено от постоянных перелетов и сна в гостиничных постелях.
Не могу представить, как чувствует себя Исайя. Хотя… на самом деле могу. Мне приходилось работать с его спиной, плечами и бедрами перед каждой игрой, потому что он настойчиво продолжает спать на полу. Я предлагала ему спать одному на кровати. Затем предлагала разделить кровать. И все равно он каждую ночь спит на полу.
Прошло уже больше недели с тех пор, как я попросила его прикоснуться ко мне и научить меня прикасаться к нему, а он до сих пор ничего не предпринял.
Миллер права: я испытываю стресс, будучи замужем за ее деверем, потому что всю неделю была в напряжении и ожидании, что он что-то предпримет. Хоть что-нибудь.
Не знаю, чего он ждет. Может быть, передумал?
Иногда я ругаю себя за то, что я вообще попросила Исайю мне помочь. Я должна была сделать все сама. Пойти к психотерапевту. Разобраться со своими проблемами в одиночку, никого не привлекая. Я должна была успокоиться.
– Ладно, да. К черту все это! – Миллер усаживается на корточки, но я продолжаю разминаться, растягивая мышцы от пяток до колен.
Я все еще стою в позе «собаки», когда дверь позади открывается, и, глянув себе между ног, вижу Исайю, прислонившегося к дверному косяку, со скрещенными на груди руками, дерзкой ухмылкой и взглядом, устремленным на мою задницу.
Кровь приливает к щекам, и не только потому, что я стою вниз головой.
Но я не меняю позы. Вместо этого тянусь еще сильнее, выставляя пятую точку, насколько это возможно, потому что впервые за все время нашего знакомства хочу соблазнить своего мужа.
Исайя хихикает, бормоча себе под нос «Черт бы меня побрал» так тихо, что племянник не может его услышать.
