Обманный бросок полностью

– А вот и мой мальчик! – Кай бросается к сыну, весело хватает его, щекочет на полу и покрывает поцелуями его щеки. Затем тянется к Миллер, обнимает ее за плечи и притягивает к себе. – И моя девочка.

Смех Макса наполняет комнату.

Я опускаюсь на коврик для йоги и не могу сдержать улыбки, глядя на них. Макс полностью изменил жизнь Кая, а Миллер прошлым летом перевернула с ног на голову мир обоих парней. Но они тоже повлияли на нее, и я очень рада: моя подруга нашла все, чего ей не хватало.

Я оглядываюсь на Исайю, ожидая увидеть, что он наблюдает за своей семьей, однако его взгляд прикован ко мне.

– Что? – спрашиваю я.

Он качает головой.

Миллер садится:

– Кеннеди, что ты сегодня наденешь?

Я в замешательстве осматриваю надетые на мне легинсы и толстовку.

– Это?

– Ты что, не идешь на день рождения Коди? – спрашивает Кай.

– Нет.

– Подожди… Почему нет? – подает голос Исайя, стоящий у двери.

– Потому что я никогда не тусуюсь с командой.

– Да, но я прилетела ради этого, – говорит Миллер.

Я смеюсь.

– Ты прилетела, потому что Кай пытался вернуться домой в выходной, мечтая повидаться с тобой, а Монти ему не позволил.

Миллер пожимает плечами.

– Ну да, и поэтому тоже.

– Кен, – говорит Исайя, – никто не будет осуждать тебя за то, что ты тусуешься с командой, ведь мы женаты. Было бы странно, если бы ты не проводила с нами время.

– Да, тебе стоит пойти. – Кай лежит на полу, держа Макса за руки, пока тот ходит по его животу. – Даже я пойду. – Он щекочет сына. – Малыш Максик сегодня гуляет с дедушкой Монти, да?

Макс снова смеется, хватаясь за руки отца.

У меня были планы на вечер. Я собиралась разгадать кроссворд, опробовать новую маску для лица и лечь спать в половине десятого, так как завтра нужно пораньше явиться на поле.

Но еще я решила пробовать новое. Хочу научиться быть спонтанной, делать то, чего нет в моем ежедневнике. Такое для меня в новинку.

– Хорошо, – отвечаю я. – Пожалуй, я пойду.

– Умница! – Миллер от волнения подскакивает. – Увидимся через несколько минут. В мини-холодильнике в номере Кая есть пиво, так что приходи за ним, когда будешь готова!

– Само собой. – Кай похлопывает брата по плечу, и они втроем выходят из нашего номера.

Исайя не сводит с меня глаз.

– Итак, сегодня вечером ты идешь на свидание со мной. Могу добавить: охотно.

– Это день рождения Коди.

– Коди, моего лучшего друга. – Он делает шаг вперед, входя в комнату, а я не двигаюсь с места.

– И Миллер в городе.

– Моя невестка. – Еще один шаг в моем направлении.

– Ты считаешь, что все крутится вокруг тебя, да?

– Конечно. – На его лице появляется ухмылка. – Избавь меня от страданий, Кенни, и скажи, что идешь из-за меня.

Эту фразу можно истолковать совершенно по-другому, и, как бы я ни старалась не думать об этом, все равно чувствую, как горят мои щеки.

– Я стараюсь пробовать новое, помнишь? – Я приподнимаю бровь. – Или забыл? Кажется, ты забыл.

Исайя смеется.

– Поверь мне, Кен, за последнюю неделю не было и секунды, когда я не вспоминал о твоем желании попробовать что-то новое.

– Да? Странно. Я все ждала, когда ты вспомнишь.

– Я знаю.

– И когда же ты собираешься что-нибудь предпринять?

– Когда ты меньше всего ожидаешь.

Но теперь я жду этого каждую секунду! Каждый раз, когда мы оказываемся в комнате вдвоем. Нет, «жду» – неподходящее слово. Я надеюсь, что Исайя что-нибудь предпримет.

Запрокинув голову, я смотрю ему в глаза. Исайя подходит еще ближе, и моя грудь почти прижимается к его животу. Он осторожно убирает мои волосы за уши, берет за подбородок, и его большие пальцы медленно поглаживают мои скулы. Сверкающие карие глаза скользят по моему лицу, взгляд замирает. Подушечки пальцев обхватывают мою шею сзади. Я чувствую его дыхание на своей коже.

Мой пульс учащается от предвкушения – и еще сильнее, когда он облизывает губы и наклоняется ко мне.

Закрыв глаза, я задерживаю дыхание в ожидании, но вместо этого Исайя проводит губами по моему подбородку, пока его рот не касается моего уха.

– Урок номер один, Кеннеди. Ты не можешь занести чувства в свой маленький ежедневник, так что перестань усердствовать.

Сказав это, он целомудренно целует меня в пульсирующую точку под ухом и отстраняется, а я задыхаюсь от желания.

Его улыбка кричит о том, что Исайя понимает, как все изменилось. Мы оба осознаем, что впервые за все время знакомства я жду его, а не наоборот.

И ему это чертовски нравится.

Не знаю, справлюсь ли я с такой спонтанностью. Если бы все зависело от меня, я бы запланировала час в день для прикосновений, чтобы точно знать, когда это произойдет.

Исайя подходит к своему открытому чемодану и достает одежду на сегодняшний вечер. Он кладет на кровать брюки цвета хаки, ярко-красную футболку и оливково-зеленую куртку. Извлекает чистые боксеры и два носка: один темно-синий, другой – черный.

Может, стоит позволить ему пойти в таком наряде? Возможно, тогда другие женщины будут держаться подальше от парня, одетого так, словно в апреле наступило Рождество.

Но разве я этого хочу?