Дабы не вызывать подозрений, Картер разбил отряд на две группы. Не успели они пройти и десятка шагов, как Грегори обернулся к Нункаслу, шедшему в группе Картера и сердито прошептал:
— Крестьяне не ходят строем.
Пристыженный лейтенант велел своим людям идти «вольно», и все стало намного лучше.
Вскоре путники поравнялись с рядами окон в резных рамах. За окнами было темно — хоть глаз выколи, хотя до рассвета оставался всего час.
Грегори шепнул на ухо Картеру:
— Это ходы во Внешнюю Тьму — доки.
У Картера по спине мурашки побежали.
Толпы народа спешили по коридору к просторному залу с потускневшим, давно не натиравшимся паркетом. Еле-еле светили газовые лампы, мальчишки толкали тележки, нагруженные мешками с зерном, ящиками с обмундированием, брусками дерева и прочим товаром. Тяжёлые дубовые двери, некогда, судя по всему, служившие защитой от Тьмы, были открыты нараспашку. Вниз, к чёрной-пречёрной земле спускались широкие пандусы. Возле них стояли повозки, управляемые людьми в серых плащах. Туда перекладывали груз с тележек. Несколько анархистов расхаживали неподалёку.
Отряд прошёл ещё милю вдоль доков. На пути Картеру и его спутникам попались несколько мутантов. На глазах Картера парочка жутких созданий сошла по пандусу и исчезла в бесконечной ночи. Воздух за проёмами дверей был прохладный, но не морозный — словно Внешней Тьмы не коснулась рука зимы, сковавшей Эвенмер.
— Думаю, выйти из доков будет просто, — сказал Грегори, — если только мы разделимся. — Он указал на стражника в алой форме и багряном шлеме. — Вряд ли они станут привязываться. Кто по доброй воле потащится во Внешнюю Тьму?
Получив приказ, отряд быстро рассредоточился по докам. Картер направился к боковой двери и миновал равнодушного стражника. Заржавевшая дверная ручка повернулась с трудом, дверь, открываясь, скрипнула — негромко, но Картеру этот звук показался ударом грома. Он не стал оборачиваться и спустился по расшатанным деревянным ступеням мимо двоих мужчин, прислонившихся к столбам. Они о чем-то негромко переговаривались, и Картер боялся, как бы его не окликнули. Он ступил на высушенную землю, усыпанную щебнем. В отсветах фонарей на землю легла длинная тень, но вскоре растворилась в окружающей черноте.
Затем Картер загашал влево и, притаившись, стал поджидать остальных. Он видел доки на всем их протяжении. С этого расстояния они напоминали причалы на высохшем море. Один за другим спутники Картера спускались по пандусам и исчезали во тьме. Он чуть выдвинул из ножен Меч-Молнию, превратив его в маяк для своих товарищей. Словно мотыльки на пламя, отряд собрался к этому едва заметному огоньку. Нункасл подошёл последним. Он угрюмо усмехнулся.
— А дельце вышло не самое трудное.
— Верно, — кивнул Грегори. — Да только с какой стати им охранять доки, когда тут весь этот мрак в дозоре?
Все как один, люди ошеломлённо озирали каменистую равнину, которая, как ни странно, прекрасно просматривалась, хотя путники не видели даже лиц друг друга. Не было здесь ни дуновения ветра, ни пения птиц, не горели в небе звезды. Картер и его товарищи застыли на месте, не в силах пошевелиться.
— Что же это такое? — наконец прошептал один из гвардейцев. — Откуда темнота берётся? Ответил ему Грегори:
— Здесь Край Света, конец Творения, пространство меж звёзд. Пустота.
— Но здесь не пусто, — возразил Картер. — Смотрите.
Вдали на горизонте чернел силуэт огромного дома, протянувшегося на многие мили. Ещё более тёмные, чем ночной мрак, лежали на окрестных холмах тени скатов крыш, шпилей и винтовых башен. Лишь горстка огоньков — призрачно-красноватых, горела посреди чёрной громады дома — колдовские — блуждающие огни, светильники в городе мёртвых. Картер чувствовал, как исходящее от дома зло бьёт его, как давит на него этот ужас, этот дом, который не должен был существовать, который и не мог бы существовать в обычном мире.
— Я и представить не мог, что он так огромен, — хрипло проговорил Даскин.
— Они преуспели больше, чем мы думали, — ошеломлённо отозвался Картер. — Он спорит размерами с самим Эвенмером.
— Построиться, — приказал гвардейцам Нункасл. — Мы ни за что не дойдём туда, если будем идти вразброд.
