– Например, так! Двое оксфордских студентов едут на каникулы в Европу. Приезжают, скажем, в Швейцарию. В Интерлакен. Заходят в казино. И один студент проигрывается прямо дотла в рулетку, пока другой осторожненько гоняет туда-сюда десять фунтов за покерным столом.
– Десять франков, очевидно? – поправил сэр Тимоти.
– Очевидно… Так ли это важно? Важно другое. Когда второй узнаёт о несчастье первого, то говорит: «Стоп, дружище! Сейчас!» Берет свои деньги и хладнокровно и ловко отыгрывает своему другу все до последнего фартинга. Или до сантима, что у них там. Ночь. Игроки, зеваки и крупье с соседних столов стоят вокруг и смотрят на странные ставки, на нелепые схемы – но стопки фишек все растут и растут, пока второй в пять утра не говорит: «Все! Свое забрали. Дальше искушать судьбу не станем». Незабываемая ночь! Разве нет?
– Ну допустим. Но не совсем в том смысле…
– Главное – ночь. И к тому же незабываемая! – сказала Джейн. – А вот ночь номер два. Эти два друга оказались, не будем лезть в подробности как, почему и зачем – оказались в Афганистане. Опять ночь. Пожар. Горстка британцев в оставленной крепости. Воины Амануллы-хана уже лезут на стены. И вот тут этот самый друг – который выручил друга в казино – прячет его в крепкую бочку, а сам надевает халат и идет, катя эту бочку, прямо на врага, на этих людей с саблями и винтовками. Идет, громко распевая по-арабски суфийские песнопения, танцуя и гримасничая, звеня бубенцами и благословляя этих разбойников, призывая на них милость Аллаха. Разбойники, разумеется, расступаются, улыбаются и кланяются, прижимая руку к сердцу. Дорога идет все время под гору, и через шесть часов бочка с ее провожатым вкатывается в расположение британского гарнизона. Как раз светает. Незабываемая ночь номер два окончена…
– Джейн? Вы о чем? – Сэр Тимоти потер пальцами виски. – Здесь как-то душно, вы не находите?
– И наконец, – продолжала Джейн. – Москва. Приемная господина Слуцки, главного по разведке у большевиков. Большевики тоже любили работать ночами. Друг – тот самый, который сначала спас друга от проигрыша в казино, потом спас от афганских сабель, – спасает его от большевиков. Как-то сумел убедить господина Слуцки, что это просто британский бизнесмен и его арестовали ну совершенно ни за что, случайно! За то, что у него красивое пальто, начищенные ботинки и модная шляпа. Он всю ночь беседовал с этим страшным господином. «Товарисч Слуцки», еврей-разведчик-фанатик-большевик, вы представляете себе, какой это монстр? Маятник качался то туда, то сюда, он страшно рисковал – но в итоге обоих друзей на машине отвезли на аэродром, через пять часов они были в Берлине, а еще через четыре – в Лондоне. Вот это была по-настоящему незабываемая ночь.
– Занятно, – сказал сэр Тимоти. – У меня был, как вы выразились, «дамский роман», у вас получился шпионский. Неизвестно, какой лучше. Ваш, возможно, занимательнее. Но мой – романтичнее, а?
– Возможно, – возразила Джейн. – Но самое занятное было потом. Этого трижды спасенного друга звали Сайрус Кидман. Он подарил своему спасителю дорогой портсигар, вот с этой замечательной надписью. In memory of three unforgettable nights. Yours ever, C.K[6]. А потом этот спаситель донес на своего друга в Ми5. Сумел доказать, что того завербовали большевики, перед тем как отпустить из Москвы.
– Кто вам это наплел?
– Мой отец. Подполковник Сайрус Кидман.
– Где он?
– Умер в тюрьме. То есть его убили. Вы и убили. Я не знаю, зачем вам надо было убивать человека, которого вы перед этим три раза спасали. Хотя я догадываюсь, кого на самом деле завербовали большевики. Но это уже неважно.
– Какая злобная чушь! Если бы это мне сказал мужчина, я бы ударил его, – медленно проговорил сэр Тимоти, опираясь на подлокотники кресла и вставая. – Очень сильно бы ударил! Но я не могу ударить женщину, даже такую, как вы… Забудьте обо мне. Забудьте обо всем. Надо уметь забывать.
Он привстал, протянул руку, и вдруг покачнулся и сел, и неожиданно повторил:
– Как душно… Откройте окно.
Джейн отворила широкий иллюминатор.
– Теперь отдайте портсигар…
– В портсигаре была вторая крышка, внутри. Там лежала тоненькая пластинка, по вкусу и запаху как будто шоколад, – сказала Джейн. – Вы ее уже съели. Под видом конфет.
– Что?
– Всё. Подышите морским воздухом на прощание. Идите сюда. Вот так. Держитесь за раму. Высуньтесь наружу. Не сползайте назад. Дышите глубже. Незабываемая ночь. А теперь давайте…
Она пригнулась, с неожиданной силой схватила его за ноги и выкинула прочь.
Портсигар полетел следом.
Ее каюта была по левому борту во втором ярусе. Не слишком роскошно, но зато иллюминаторы смотрели не на палубу, а прямо в море.
