Клио Чейз прекрасна, умна и решительна, как все дочери известного профессора Уолтера Чейза, прозванные музами. Хитростью девушка сумела разузнать, где красавец Эдвард Рэдклиф, герцог Авертон по прозвищу Алчный Герцог, скрывает похищенное из Делоса сокровище — Алебастровую Богиню. Пользуясь суматохой бала-маскарада в доме герцога, Клио прокралась в галерею и там под черным шелковым покрывалом обнаружила чудесное изваяние. Но она не успела решить, что делать с этим открытием: в костюме Диониса, с леопардовой шкурой на плече, перед ней возник Авертон. Клио пришла в ужас — оказаться наедине в темной галерее со столь опасным человеком, к тому же имеющим репутацию губителя женщин! Только этого ей и не хватало!
Стараясь ступать как можно тише, Клио Чейз кралась по узкому коридору Акрополя — похожего на лабиринт лондонского дома герцога Авертона. Остановившись на секунду, она оглянулась. Коридор был пуст. Наверное, никто не заметил, как Клио выскользнула из бального зала, уж очень много гостей собралось на греческий бал-маскарад герцога.
Прекрасно.
Бальный зал был наполнен звуками музыки и шумом голосов, а здесь царила такая тишина, что коридор напоминал пещеру, освещаемую лишь несколькими светильниками в виде факелов. Мерцающий свет выхватывал из темноты стены, обшитые темным деревом, низкий резной потолок, картины в тяжелых золоченых рамах.
Подумав, Клио сняла зеленые шелковые туфельки и направилась в конец коридора к небольшой винтовой лестнице — миниатюрной копии внушительной лестницы в холле. Подобрав тяжелые шелковые юбки своего костюма горгоны Медузы, Клио поспешила вверх по ступенькам. Герцог сегодня был необычайно скрытен, он так и не сказал, где прячет статую. К счастью, его слуги не отличались сдержанностью. Клио удалось уговорить одного из лакеев открыть ей местонахождение Артемиды, Алебастровой Богини.
От верхней площадки лестницы почти вдоль всего фасада дома тянулась галерея. Ее окна выходили в сад перед домом и на улицу за садом. Ворота были по-прежнему открыты, приглашая опоздавших гостей присоединиться к общему веселью.
Светильников в галерее было много, но большая их часть не горела. Без сомнения, они должны были словно по волшебству вспыхнуть после ужина, осветив статую. Теперь же свет в галерее был приглушенным, несколько зажженных ламп бросали отблески на хранившиеся здесь сокровища.
Клио кралась по галерее, и у нее то и дело перехватывало дыхание при виде представавших ее взору чудес. Ее отец и его друзья тоже были коллекционерами и любили демонстрировать свои трофеи, поэтому Клио росла, окруженная памятниками древности. Но то, что она видела здесь… это было нечто особенное. Настоящая сокровищница. Прежде ей ничего подобного видеть не приходилось. Галерея напоминала склад, так набита она была самыми разными предметами. Древние куросы — изваяния юношей-атлетов, — неподвижные и молчаливые, смотрели в пустоту. Бронзовые воины, мраморные боги; сундуки, полные золотых ювелирных изделий, созданных искусными этрусками, скарабеев из ляпис-лазури, драгоценных сосудов для благовоний. Вдоль стен выставлены стелы. Бесконечные полки уставлены вазами, кратерами и амфорами. И все это собрано здесь, чтобы потешить человеческое тщеславие, утолить страсть к собирательству.
При мысли об Авертоне Клио нахмурилась. Он был так привлекателен, что половина женщин в городе была влюблена в него, и так загадочен. Каждый раз, когда он смотрит на нее, в его зеленых глазах вспыхивает странный свет…
Клио тряхнула головой, и шелковые ленты, украшавшие ее причёску, затрепетали. Она не должна думать о нем, тем более теперь. Она должна кое-что сделать.
В конце галерей возвышался какой-то предмет, тщательно накрытый куском черного шелка.
Видна была только небольшая часть мраморного основания. Клио осторожно приблизилась, опасаясь ловушки. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь воем ветра за окнами. Клио протянула руку и осторожно приподняла шелковое покрывало.
О…
Девушка восхищенно вздохнула. Это в самом деле была она. Алебастровая Богиня. Артемида во всей сияющей красоте. Статуя была небольшой, некоторые из предметов искусства, выставленные в галерее, значительно превосходили ее по размерам, но красота ее была так совершенна, что Клио понимала теперь, чем вызвана вся эта шумиха: дамы непременно хотели иметь прическу как у Артемиды и такие же как у нее сандалии. Теперь она понимала также, почему герцог спрятал статую.
Статуя была высечена из такого белоснежного алебастра, что он, казалось, сиял, как серебро. Богиня натянула лук, готовясь пустить стрелу. Тонкая туника, длиной до середины бедра, очерчивала изгибы стройного тела, открывала сильные ноги с напряженными мышцами. На сандалиях с переплетенными ремешками, которые в этом сезоне стремилась иметь каждая светская дама, еще сохранилась позолота. Золотом отливала и головная повязка на кудрях богини. На повязке сиял полумесяц, возвещая о том, что перед вами богиня Луны. Взгляд Артемиды был устремлен вдаль, туда, где пряталась дичь, и богине не было дела до смертных.
Клио заворожено смотрела на статую, представляя себе храм в Делосе, где когда-то обитала богиня. Там ее окружали те, кто действительно верил в существование Артемидах, а не светские дамы с прическами а-ля Артемида.
— Как ты прекрасна, — прошептала Клио, — и как печальна…
Как и герцог.
